Надел на кончик шпаги магический наконечник, встал в позицию. Герцог, со свойственной в Реннии манерой тупо пошел вперед. Три укола зафиксировал за пять минут. Каждый мэтр попросил повторить, и потом подробно разъяснял, какую ошибку сделал противник, и как этого можно было избежать. В конце у герцога разве что дым из ноздрей не шел. Так что он свои наряды получил, но возражать не попытался, памятуя обещание отправить его на конюшню на неделю за пререкание с преподавателем. Так что на этом занятии я порядочно потешил свое эго.

Повторно фехтование было в пятницу. А в субботу мне следовало вновь поменяться с Октоном телами и перенестись в Лекордию. Оба зачета сдал, так что неделя прошла без происшествий, если бы не одно большое НО! Если раньше, до фехтования, две знатные дамы в нашей группе практически с нами с Вилли не пересекались, а если вдруг оказывались рядом, то старались быстро отойти, как бы боясь запачкаться, то после занятия обе девицы подошли и сами спросили, где я так хорошо фехтовать научился. Это интересовало самую высокомерную, с титулом маркизы, то есть она была дочерью герцога. Имя ее отца ни о чем мне не говорило, Маркиза Шалль, дочь одноименного герцога. Высокомерная и надменная. А тут снизошла. Вторая, виконтесса, то есть дочь графа, начала разговор с Вилли. И первым вопросом было, кем ему приходится графиня Арраньеска. Узнав, что бабушкой, прямо просияла, стала выспрашивать, почему он учится на стипендию и живет в комнате с приютским. Я же объяснил маркизе, что надеялся восстановиться в академии и брал уроки у одного бретера. Что бы в случае чего смог бы принять вызов на дуэль. Самое интересное, что маркиза так и не отлипла от меня и на занятиях, и даже попросила сопровождать ее в столовую. Вроде послать ее подальше было невежливо, повода она не давала, так что пришлось показать воспитанность. Интересно, с чего такой интерес к моей непривлекательной личности?

В пятницу, на очередном уроке фехтования, девица вдруг проявила интерес к моей шпаге. Спросила, где я ее купил, у какого мастера. Мне ее интерес надоел, и я довольно резко ответил, что на шпагу у мастера у меня денег не было, и я купил ее просто, по случаю, у старьевщика. Девица хмыкнула. И тут меня, как ошпарило. Я вдруг ясно услышал, как она произносит слово шпага! Щпага! И тут же попросил показать ее оружие. Дама вытащила свою, дамскую, облегченную шпагу.

- Смотрите, а они похожи! Рисунок на стали клинка почто точь в точь!

И «Т» у нее с шипением! Лекордийка! Взял шпагу, как будто рассматриваю. № 36! Если вычесть королевский род, девять членов совета, их потомство, то она точно дочь лекордийского герцога. Но я не знаю никакого рода Шалль. Хотя, возможно сокращение. Часть какой фамилии подходит к Шалль? Самая неприятная. Рошальская. Добавить вторую букву л, отнять первые слог. А я тоже же, явно, Т и Ш так же произношу! И на шпаге цифра 2! А я ее брата, получается, жизни лишил! Интересно, что в ней вверх возьмет, желание отомстить за брата, или честолюбие? Надо как-то переговорить без свидетелей. А дамочка уже моим оружием завладела, рассматривает. И мне прямо в лицо заявляет:

- Ой, смотрите, у вас, Октон, на шпаге цифра 2. Знаете, что это значит?

- Я всегда считал, что это означает второй сорт. Из-за нее мне ее и продали дешево.

Делаю честные глаза клинического идиота.

- А тогда у меня 36-й сорт? Так что ли?

- Не знаю, странно.

- Знаете, Октон, мне кажется, нам стоит спокойно поговорить. Приглашаю вас на ужин в кафе, здесь, в академии.

- Вы, меня?

- А что? Я же знаю, что вы слегка стеснены в средствах!

- Стеснен, но на то, что бы оплатить ужин девушке, мне хватит.

- Но тогда я буду стесняться заказать то, к чему я привыкла. Побоюсь, что это слишком дорого. Давайте придем к компромиссу. Каждый платит за себя, Подходит?

Пришлось соглашаться. Не стану же я признаваться, что этот ужин я могу и на 300 персон оплатить! Договорились. Вилли предупрежу завтра. Пошли в кафе. Меню разнообразное. Рассчитано на весьма состоятельную публику. Устрицы я с детства ненавижу, не понимаю, что вкусного, глотать живого моллюска, поэтому ограничился креветками в кляре и морскими гребешками со спаржей. Потом росбиф. Надо же воплощать то, о чем я пять лет мечтал. И на десерт, воздушное пирожное. Кофе с ликером. От одной чашки бессонницей страдать не буду. Девицу выбор бедного студента не удивил. Ее даже соседи, удивленно на нас косившиеся, не волновали. Она с аппетитом поглощала тех самых живых моллюсков. Подождал, когда прикончит дюжину, и прямо спросил:

- Маркиза, вы лекордийка? – девица дернулась. Но взяла себя в руки.

- Почему вы так думаете?

- Потому же, почему и вы то же самое думаете обо мне. Акцент и оружие.

- Значит, я права. Почему Октон?

- В каком смысле.

- Почему именно его личина? Могли бы найти более привлекательный образ.

- Меня устраивает.