Собрались, полетели. Отель ужас, грязный, с тараканами, еда – лучше не вспоминать. Если душ в номере работает – значит, повезло. Переселяли нас два раза. Все не понимали, чем недовольны. Унитаз не сломан и слава Богу, а помыться после соленой воды можно и на пляже. До него от отеля всего-то три километра! До долины Нила или лететь, или пять часов на автобусе. В отеле есть дополнительные экскурсии, можно оплатить и отвезут. Портье рекомендовал одну. Говорит, люкс, автобус с кондиционером, гид, правда, англоязычный, но ничего, язык еще не забыли после института. Поехали. Шофер, молодой парень, гнал, как на ралли Париж-Даккар, говорил, что медленнее будет жарко. «Кондиционер – открытое окно и вентилятор. Это в пустыне! Было у меня какое-то странное предчувствие, что вся эта авантюра плохо кончится, но не прислушалась к голосу разума!

В Каире об экскурсиях не было и речи, сняли номер в дорогом отеле, вымылись, отдохнули, Паша сказал, что все, с него хватит отдыха, он уже узнал, что на завтра есть билеты на самолет, в Москву. С пересадками, но долетим. А в Египет он меня свозит на Новый год, обещает! А мне как шлея под хвост попала, как это, пирамиды я не увижу! Первый раз за год семейной жизни поругались. Я говорю, день ничего не решает, давай съездим к пирамидам, а улетим послезавтра. Оказалось, два билета только на завтра, через Баку, а послезавтра только через Турцию, и билет один. Помирились, договорились. Берем на завтра один билет, Паша летит, а мне – на послезавтра, а завтра я еду к пирамидам. Паша не хотел, но я настояла. Денег не так много, все же за свой счет, и полет, и отель, так что пришли к компромиссу. Помирились. Купила экскурсию, проводила Пашу, он багаж с собой увез, мне только сумка небольшая осталась. Экскурсия почти затемно начиналась, поехала. Пирамиды увидела, сувениры купила, микроавтобус обратно тронулся. Уже часы считала до вылета.

Что произошло, так и не поняла. Посреди прямой дороги удар, резкая боль, багровый туман перед глазами и беспамятство. Чернота.

Очнулась в длинном белом зале, на скамейке. Похоже на зал ожидания на вокзале. Рядом сидят мои соседи по экскурсии. Вроде такие же, но как на черно-белой фотографии, бесцветные. Спокойно так сидят. Входят двое. Мужчина и женщина. В белом. Разговор слышу.

- Опять толпа, слушай, почему на наше дежурство одни неприятности. Опять Египет. Туристы. Целый автобус. Свеженькие, внеплановые.

Ничего не понимаю. Почему внеплановые? Я считала, что внеплановые, это щенки у собак, если, допустим, пуделиха родила от бульдога, а люди тут при чем? А эти продолжают.

- И куда их теперь? Который раз уже. Водители по 15 часов работают, засыпают за рулем, вот, выехал на встречку, все в хлам. Возвращать некуда.

Я так прямо возмутилась.

- Эй, если вы врачи, так хоть осмотрите людей, помощь окажите, а то «внеплановые»!

Дядечка постарше, бородатый и с такой лысиной, что от нее даже сияние, ко мне повернулся, и неодобрительно так головой покачал.

- Смотри, какая бойкая. Надо было с мужем в Москву лететь, а не на пирамиды смотреть. Сиди теперь, работать не мешай. Видишь, люди думают!

А тут девчонка влетает, руками машет, подбежала и что-то взволнованно так начала этим двоим объяснять. Дядечка лысину почесал, задумался, потом ко мне подошел. Посмотрел, головой покачал. Женщина к нему подошла, тоже смотрит. Потом говорит:

- Смотри, 26 лет, молодая, образование высшее, значит, умная, здоровая. Подойдет. Берем! Надо срочно, потом объясним! Сейчас времени нет!

И на меня палку какую-то направляет. Я слово сказать не успела, вспышка, и все снова потемнело. Потом свет, и боль. Адская. Я терпеливая, но тут заорала. Надо мной женский голос, ласковый:

- Давай, девочка, давай, тужься, тужься, скоро все закончиться! Еще чуть-чуть!

Какое там тужиться, у меня весь низ живота как будто что-то разрывает! Тянет, давит! Лежу на спине, ноги двое женщин держат, врозь, а между ног что-то мешает, давит. Я поднатужилась, что бы это, мешающее вытолкнуть, женщина, что меня уговаривала, на живот надавила, и тут писк раздался тонкий, жалкий.

- Все! Молодец! Теперь только последа дождаться! Мирка, Виска, что стоите, ребенком займитесь!

Это что же получается? Рожаю я? Как? Я же не была беременная? Откуда ребенок? Господи! Лежу, сил нет, не пошевелиться, в окровавленной рубашке, в луже крови, и тут опять что-то давит. Вытолкнула красный, страшный кусок мяса, аж заорала со страху.

- Все, все, девочка, послед вышел, целый. Сейчас тебя приберем, Ваше Величество, и свидетелей впустим, короля им предъявим.

Бред какой-то, роды, Величество, король, где я? В коме после аварии, и у меня глюки? И тут меня приподнимают, обмывают, кровяное белье убрали, кровать чистым застелили, На меня рубашку одели, кружевную, уложили, покрывалом красивым закрыли, а на грудь ребенка спеленутого, тоже в кружевных пеленках, с золотыми вензелями положили. Он уже не пищит, только кряхтит. Я думаю, если все правда, я родила, то ребенка кормить надо! Начала грудь освобождать, а рубашка глухая, никак.

- Ваше Величество, что вы делаете? Сейчас члены совета придут, свидетельствовать!

- Так его кормить надо! – и на ребенка показываю.

- Пока не надо, – надо же, рядом мужчина в черной мантии образовался. Ребенка взял на руки, распеленывает. - Надо предъявить будущего короля Совету. И потом, королевы не кормят. Кормилица уже назначена, она и будет вашего сына кормить.