— Можешь открыть глаза, — прошептал мой спаситель, обдавая щеку теплым дыханием и продолжая удерживать на руках.

— Ух ты! Сколько снежных горок! — донесся сипловатый голос Зефира. — Это ж я какие бока себе накатаю!

— Уху, и опять в двух соснах застрянешь! Ух-ух-ух, — раздался чужой незнакомый голос.

Вздрогнув от испуга, я тут же распахнула глаза и осмотрелась. Никого постороннего поблизости не наблюдалось: Зефир перекатывался по снежным холмам, Метелица сидела на торчащем деревянном шесте с перекладиной. Северин поставил мена на ноги, но не выпустил из объятий. А я смотрела по сторонам и пыталась понять, где мы оказались. А главное — как?

— Ух-ух-устала? — проухала Метелица, глядя на меня своими большими круглыми глазами.

— Ты разговариваешь? — Не могла я поверить своим ушам. — А чего же до этого молчала?

Сова ухающе рассмеялась.

— Речь ей доступна только здесь, — негромко объяснил Северин.

— А мы, кстати, где?

Только теперь я окинула внимательным взглядом все, что меня окружало. Если сначала из-за обилия искрящегося под бледным солнцем снега мне показалось, что мы стоим в поле, укутанном белым покрывалом, то теперь я различила оттенки цвета и рельеф. Увидела дорожку, уходящую далеко вперед и упирающуюся в величественные ворота, словно вытканные из морозного узора. Перед ними возвышались ледяные скульптуры, блестящие в холодных лучах. Вправо и влево от дорожки вились утоптанные тропинки, петляя между сугробами.

— Добро пожаловать в чертоги владыки Зимы, — улыбнулся Северин и жестом предложил проследовать по дорожке.

— К-как это чертоги?

Не верилось, что цель, к которой я шла несколько дней и чуть не погибла, — почти достигнута. Что всего-то надо было открыть портал и… Я оглянулась по сторонам, выискивая указатель или вывеску, которые подтвердили бы слова Северина. Но, как назло, никакой таблички не наблюдалось. Тогда я достала карту-артефакт, которая должна была меня сюда привести. На ней медленно проступали линии, обрисовывая границу чужих владений: парк, дорожки, оранжереи, пруд, замок. Ромбик-маячок крутился на одной из дорожек заднего двора. Он так и не показывал маршрут, оставаясь на одном месте. Однако то, что я видела на карте, и что я видела перед собой — все это подтверждало слова спутника.

— То есть все это время, — с трудом сдерживая гнев, заговорила я, — ты мог открыть для меня портал, который сразу перенесет куда надо. Но вместо этого мы шли через зимний лес, ночевали в сугробе…

— В шалаше, — поправил меня Зефир, но я не обратила внимания, продолжая:

— Рискуя замерзнуть насмерть…

— Я же обещал, что согрею тебя! — мягко проговорил Северин, но это только сильнее разозлило.

— Почему? — прошептала, чувствуя, как губы дрожат от обиды. — Мы чуть не погибли!

— Сначала я не мог открыть портал, — попробовал объяснить мужчина, но я не хотела его слышать.

— А что изменилось сейчас? Впрочем, не отвечай — сама догадаюсь. Тогда опасность грозила только мне, и повода использовать магию не было. Сейчас же охотились на тебя… Не отвечай, я все понимаю, — произнесла грустно и развернулась к мужчине спиной.

Знаю, он хотел что-то сказать, но в данный момент я не могла его слушать. Слезы душили, грозя политься нескончаемым потоком. Нужно было успокоиться, чтобы продолжить общение со всемогущим существом без эмоций и глупой обиды. А для этого не помешает пройтись.

— Простите, владыка, мне нужно немного побыть одной, — прошептала срывающимся голосом и быстрым шагом пошла вперед.

Кажется, Северин собирался меня догнать, но Зефир преградил ему дорогу. Спасибо, мой хороший. Пусть это временная передышка, но она мне очень нужна. Нельзя наделать глупостей, когда на кону жизнь младшей сестры. А чувства? Кого волнуют чувства простой смертной.

Я шла, не разбирая дороги, и не заметила, как влетела в какую-то магическую преграду. Она напоминала не то плотную паутину, не то — портьеру между комнатами. Крепко поймала, не давая сделать шаг ни вперед, ни назад. А пару ударов сердца спустя по поверхности «паутины» пробежала голубоватая вспышка и вытолкнула меня с другой стороны.

Открывшийся зал походил на своеобразную зимнюю оранжерею. Под большим ледяным куполом, напоминающим прозрачное стекло, прятались клумбы, сады и горки, окольцованные дорожками. Но все это находилось под толстым покрывалом снега.

Однажды мне довелось посетить тропическую оранжерею, поэтому я представляла, как они выглядят. Помимо того, что внутри невероятно влажно и жарко даже в холодный сезон, там повсюду пестрели цветы и зеленели экзотические растения. Здесь же я зябко поежилась от холодного безмолвия.