Я бросила взгляд на сову. Она сидела на лавке и внимательно следила за каждым моим движением. Было неловко вновь обращаться к ней за помощью, тем более, я пока не понимала, чем именно она может помочь. Но к моменту, как я закончила, прибралась вокруг и выплеснула за дверь грязную воду, в голове нарисовался план.

Достав свой мешок, высыпала его содержимое на стол, проверяя собранные в дорогу вещи. Любопытная сова тут же перебралась ко мне поближе. Под сменной одеждой нашла искомое: два письма. Одно мачеха дала в дорогу — в нем жрецы описывали как выглядит цветок, из сока которого можно сделать лекарство для спасения сестренки.

Я не сдержала тяжелого вздоха. Даже если я найду чертоги владыки Зимы — откуда у него живые цветы, тем более в это время года? А ведь сок можно выжать только из живых растений. Но не стоило думать об этом сейчас. Главное, до чертогов добраться, а там разберусь.

А второе письмо — прощальное от матушки. Я хранила его не только как память, но и как оберег. На удачу.

Просмотрев обе бумаги, я оторвала от одной неисписанный кусочек, взяла небольшой уголек и приступила к написанию записки. Места было мало, оставалось надеяться, что Флора меня поймет.

— Совушка, — обратилась я к птице, аккуратно погладив ее по крылу. — Мне вновь нужна твоя помощь. Помнишь про красный дом за лесом?

— Угу.

— В нем живут мои сестры. Со стороны леса на втором этаже окно с голубыми занавесками — это спальня Флоры. Передай ей записку… Надеюсь, она ее поймет и не испугается. — Я на мгновение замолчала, прокручивая в голове свой план. — Она отдаст тебе рубаху моего отца. Надо же нам во что-то одеть твоего друга.

— Хух, — с сомнением прокряхтела сова.

— Ох, сама беспокоюсь. Но что делать? Не ходить же ему, — кивнула в сторону мужчины, — по зимнему лесу в одном плаще? Не для того мы его спасали, чтобы заморозить.

Птица издала странный звук, как будто усмехнулась. Удивительная она.

— Держи и лети.

Сложив записку, я протянула ее «почтарю» и пошла открывать дверь.

Солнце клонилось к закату, погружая горницу в темноту. Пришлось подкинуть дров в затухающий огонь, а заодно поставить еще воды греться. Пока раненый не пришел в себя, нужно было сделать восстанавливающий отвар. Закончив все дела, я опустилась на пол около мужчины. Взгляд невольно скользил по рельефному торсу. Грудь медленно вздымалась от спокойного дыхания. От страшных ран остались только красные росчерки. Но и они видимо скоро исчезнут. У меня даже кончики пальцев стали зудеть от желания прикоснуться к этому чуду. Хотелось убедиться, что у него совсем не осталось рубцов.

Чтобы не поддаться искушению, резко встала и отошла.

— Где я? — раздался неожиданный вопрос.

Мужчина открыл глаза и медленно с трудом сел, слегка поморщившись.

— Это охотничий домик в чаще леса. Мы перенесли тебя сюда, чтобы укрыться от непогоды и оказать помощь.

— Охотничий? А ты охотник или его дочь?

Я немного растерялась от такого вопроса.

— Такая же гостья, как и ты. Как себя чувствуешь?

— Слабым, — ответил он хмуро после небольшой паузы. — Что со мной случилось?

— Ты совсем не помнишь? — Поняв, что мне неловко смотреть на полуобнаженного мужчину, я отошла к столу, чтобы налить ему отвар. — На тебя напал неведомый зверь. Ты зашел слишком далеко в чащу.

— Действительно далеко, — усмехнулся он. — Да еще и остался один. Ночью. В лесу. Наедине с незнакомой девушкой.

Я резко обернулась на эти слова, и оказалось, что мужчина стоит у меня за спиной. Как он так бесшумно поднялся и подошел — непонятно.

— Раз можешь шутить, значит с тобой уже все хорошо. Но отвар все же выпей.

Я протянула ему кружку. Он принял ее, не сводя с меня пристального взгляда, и осушил до дна. Тишину пронзил стук по стеклу. Бросив взгляд на окно, я вздрогнула — все же большие желтые глаза в проталинах морозного узора смотрелись зловеще.

— Твоя сова вернулась. — Я поспешила открыть дверь.

— Метелица! — облегченно, как мне показалось, выдохнул незнакомец.

Стоило мне выйти за порог, как птица зависла напротив, усиленно махая крыльями, а затем бросил мне сверток.

— Залетай, моя хорошая, — пригласила я, освобождая проход. — Накормлю тебя, пока будешь отогреваться.

— Ну что, беглянка, решила ко мне вернуться? — усмехнулся незнакомец, когда птица опустилась на стол.

— Вообще-то она принесла тебе подарок, — поспешила я встать на защиту своей неожиданной помощницы и развернула сверток.

В нем лежала добротная стеганая рубашка, а сверху сложенное письмо и карандаш. Отдав одежду мужчине, я взяла послание от сестры и отошла к огню.

— Кстати, я как раз хотел спросить, что случилось с моими вещами? — поинтересовался он, рассматривая одежду.

— Рубаху и кафтан пришлось срезать, чтобы промыть раны. Плащ надо привести в порядок, — машинально ответила я и вернулась к чтению.