- Вы как будто заранее знали, что отвечать, - шокировано выдыхаю, бегло изучив заполненный размашистым почерком опросник. - А это что? - хмуро бубню, наткнувшись на цифры в самом конце.

- Мой номер, Колючка. Свой ты не дашь, по тебе видно, так что приходится проявлять инициативу, - легко произносит он, сохраняя армейскую выправку и ровную осанку, в то время как я судорожно сминаю уголок листка влажными пальцами. Если кому и нужна сейчас психологическая помощь, то явно не ему.

- Зачем?

- На днях я ухожу в море, - важно сообщает. - На свидания и конфетно-букетный период у меня сейчас времени нет, но терять тебя не хочется. Поэтому будем общаться по телефону и знакомиться ближе. Лучше присылай сообщения, на них я тебе по возможности отвечу. Сама понимаешь, служба, звонок могу не услышать или сигнал не пройдет.

Его наглость как удар под дых. Я не знаю, как реагировать. И всё-таки взрываюсь.

- Богатырев, вы, наверное, меня с кем-то путаете, - в сердцах бью ладонью по столу. Но на каменном лице Данилы ни один мускул не дрогнет. - Если кто-то из местных женщин позволяет себе вольности, то это совсем не значит, что так можно со всеми. Я не…

- Ты имеешь в виду Инну, которую весь офицерский состав переимел? - грубо перебивает меня.

- Весь? - выгибаю бровь.

- За редким исключением, - усмехается, уловив подвох. - Она не в моем вкусе. А вот ты - да.

В легких сгорает кислород, но я нахожу в себе скрытые резервы, чтобы дерзко отчеканить:

- Не всегда наши желания совпадают с возможностями. Я вам не по зубам.

- Напрасно ты так, - тихо рокочет. От его хриплого голоса у меня мурашки по коже. - Я ведь с самыми серьёзными намерениями.

- Замуж позовете?

- Почему бы и нет, - улыбается с лукавым прищуром. - А пойдешь?

- Нет, - фыркаю, опустив голову.

- Почему?

- Вы не в моем вкусе, - возвращаю ему его же фразу.

Богатырев берет паузу. Наше молчание, как передышка перед решающим боем. Покосившись на командирские часы, он вздыхает с досадой и без тени ехидства уточняет:

- Дальше полиграф?

На мгновение я теряюсь, будто Богатырев меня во лжи уличить хочет, но потом понимаю, что он торопится - его же в штабе ждут. Мы и так много времени потратили на взаимные перепалки. Допустим, офицер всего лишь развлекается перед рейсом, а я зачем откликаюсь?

Дура!

Может, отчасти Богатырев и прав? Мой профессионализм оставляет желать лучшего. Так и практику провалить немудрено.

Соберись, Николь! Яйца в кулак - и работать!

- Да, сейчас все подготовлю.

Я поднимаюсь с места, чтобы подключить аппарат. Руки дрожат, ноги ватные. Спотыкаюсь рядом со стулом Богатырева, чувствую на талии и бедре тепло мужских ладоней, бережно придерживающих меня, но это последнее, что меня беспокоит в этот момент.

- Пересядьте, пожалуйста, - строго указываю ему на специальное кресло.

Полиграф я вижу третий раз в жизни, остальное - в теории. Однако вспоминаю все, чему меня учили на военной кафедре, принимаю непроницаемое выражение лица и наклоняюсь к мужчине, чтобы прикрепить датчики дыхания. Он послушно приподнимает руки и пристально следит, как я оборачиваю ленты вокруг его твердого, каменного торса.

- Чуть выше, - вкрадчиво подсказывает Богатырев. - И сильнее затяни, иначе результаты будут недостоверные, - перехватывает мои руки, прижимает к своей мускулистой груди. - Вот так.

- Может, и остальные датчики сами прикрепите?

Мы так близко друг к другу, что я чувствую его дыхание на своих губах. Мощные лапы крепко держат меня за запястья, не позволяя отстраниться.

- И отказать себе в удовольствии, когда ты меня касаешься? Нет уж. Докажи мне, практикантка, что я не прав, а ты на своем месте, - бросает с вызовом. И я его принимаю.

Как только он отпускает мои руки, я отшатываюсь от него как ошпаренная. Назло ему, отключаю эмоции и дальше делаю все четко, правильно и спокойно. Завершив подготовку, я сажусь за ноутбук, вывожу графики на экран и начинаю опрос по протоколу.

- Вас зовут Данила?

- Для тебя просто Даня, - намеренно провоцирует меня.

- Нужно отвечать «да» или «нет», - невозмутимо напоминаю.

- Да.

- У вас случались конфликтные ситуации с начальством?

- Конечно, да.

Я без кривых знаю, что он говорит правду. Слишком у него характер тяжелый, стычек не избежать. Неужели он и в обычной жизни такой? Наверное, поэтому холост до сих пор.

- У вас благоприятная атмосфера в семье?

- Какое отношение это имеет к моей службе? - напряженно рявкает, будто я затронула болезненную тему. Заводится с полуоборота.

- Стандартный набор вопросов, Данила, - недоуменно всматриваюсь в его лицо. На высоком лбу залегли морщины, губы поджаты. - Что-то не так? Повторить?