В тот же день Доннер, нагруженный своими сокровищами и инструкциями, отправился в город – с напутствием через неделю отправить сюда богатых гостей. А Анна с Лилией принялись за уборку парадного зала. Они вытирали пыль, снимали паутину, расставляли свечи, взятые в долг через жену Мартина.

И пока они работали, Анна заметила нечто странное. На одном из подоконников, куда падал солнечный свет, лежала изящная, старинная брошь в виде совы – не из тех богатств, что принес Доннер. Их он даже в дом не заносил. А когда она проходила мимо потайной двери в стене библиотеки, которая никогда им не поддавалась раньше, замок с тихим щелчком вдруг отворился сам собой.

Анна обернулась. В солнечном луче, пронизывающем зал, на миг показался силуэт старой графини. И девушке почудилось, что та едва заметно улыбнулась и кивнула.

Призраки не просто одобряли ее план. Они уже начинали ему помогать. Игра действительно начиналась.

Прошло две недели. Две недели лихорадочной подготовки, которая превратила Воронову Усадьбу из обители запустения в место, полное таинственного, немного жутковатого очарования. Где-то в глубине души Анна подозревала, что Доннер, уехавший в город с награбленным у барона, просто бросит их, не став заниматься дурацкой затеей обнищавшей наследницы. Но в итоге получила от него письмо со списком тех, кто желал посетить необычный бал. И список этот оказался не маленьким. Похоже, воришка умел интриговать и убеждать не только девчонок из захолустья.

Судя по информации из письма, слух о «Бале Теней» – «таинственном мероприятии в проклятом поместье фон Хольтов», куда можно попасть только по личному приглашению, – разнесся среди столичной знати со скоростью лесного пожара. И внезапно оказалось, что чуть ли не каждый второй аристократ жаждет острых ощущений и готов платить за них бешеные деньги. Когда Анна увидела сумму, а часть Доннер отправил им для оплаты приготовлений – нарочный, доставлявший письмо, наверняка не знал, что в нём, иначе уже сбежал бы с деньгами, – глаза её округлились, а сердце радостно екнуло. На такие дивиденды она даже не рассчитывала.

Расстроилась только Лилия, которая ждала, что Доннер вернется сам. Но он ничего не сообщал о том, собирается ли приехать, и когда. Анна попробовала успокоить подругу, что теперь воришке и самому будет невыгодно их бросать. И раз уж он прислал им деньги и письмо, значит уже не бросил. Хотя сама с искренней грустью сомневалась в своих же словах.

На вырученные от продажи нескольких «приглашений» деньги они с Лилией наконец закупили провизию, свечи, ткани и даже наняли пару музыкантов из городка неподалеку, которые согласились играть в «проклятом месте» только после того, как Анна намекнула, перед какими столичными селебрити им предстоит выступать. Кроме того, наняли и пару лакеев. А супруга Мартина неожиданно сама пришла и предложила встать на один вечер у плиты в Вороновой усадьбе.

Анна с головой ушла в организацию. Она не пыталась скрыть ветхость поместья, хотя самые опасные места или на скорую руку отремонтировали, или закрыли на замок, – наоборот, обыграла ее. Вместо ковров на пол постелили сухие душистые травы, запах которых смешивался с ароматом воска. Пыльные канделябры и подсвечники были отполированы до блеска, а вместо люстры в бальном зале зажгли десятки свечей, дрожащий свет которых создавал причудливую игру теней на стенах с ветхими гобеленами и потрескавшимися фресками. Заброшенность и запустение стали главными декорациями.

Наконец, то, чего так ждали в Вороновой усадьбе, случилось – настал вечер бала. Лакеи и музыканты были готовы, Берта, при помощи Лилии хлопотавшая весь день на кухне, создала шикарные блюда к столу. Анна же подсказала как их украсить в стиле Хэллоуина. Здешние обитатели ничего не знали о таком празднике, но в «призрачной усадьбе» такой декор пришелся кстати. Его тут же подхватил и принялся повторять заинтересованный веселый Мишель в новом камзольчике. Этот камзол девушки смогли выкроить на деньги, присланные Доннером.

Сама юная хозяйка до рези в глазах вглядывалась в наступающие сумерки. Она уже начала бояться, что все это глупый розыгрыш, и Доннер просто прислал им денег, вырученных от продажи награбленного в качестве благодарности. Или что гости передумали, или…

Наконец, на дороге послышался стук копыт и скрип рессор. Кто-то ехал, и вот к воротам усадьбы подкатил первый экипаж.

«Не больно-то дорогой», – про себя усомнилась Анна.

Но в этот момент дверца распахнулась, и оттуда выскочил Доннер, галантно подав руку какой-то девице в бальном платье. За ними вышли еще двое молодых людей – уже немного навеселе, но одетых вполне великосветски. Доннер все время что-то им говорил, и молодые люди смеялись.