— Карина. Мам, я могу на тебя Анечку оставить на пару часов? Хочу с ней встретится…

— Конечно можешь, Машуль. Иди, развейся, погуляй. Отвлечешься немного, успокоишься, а там глядишь…

— Спасибо, мам, — перебила я и, поцеловав в щечку дочку, вышла из кухни.

Из одежды у меня были только те же джинсы и футболка, в которых я вчера ушла от Дана. Хотелось надеть что-то свежее и я, спросив у мамы разрешения, двинулась к ее шкафу.

С тоской подумала о том, что у нас с ней теперь почти что одинаковый размер одежды. Мелькнула мысль — что, если не так уж Дан и неправ. Нет, не в измене, конечно, но в том, что я запустила себя. Денег на зал нет, но я могла бы тщательнее следить за питанием и не заедать усталость сладким, например. И упражнения дома делать. Да, сил на себя не было, но другие же как-то справляются, верно? Так почему я не смогла?

Выудив подходящую рубашку, я ушла одеваться. Слезы то и дело наполняли глаза и я надела солнцезащитные очки чтоб это скрыть.

Вышла из дому, направилась к метро. От жары в висках начало пульсировать, но, к счастью, метрополитен был близко, а внутри прохладно. Сев на одну из скамеек, я глубоко вздохнула. Точнее не слишком удачно попыталась это сделать, потому, что из груди рвались всхлипы.

Карина ждала меня на уютной летней террасе хорошего ресторана. Она была стройной блондинкой с тонкими чертами лица и большими глазами. Одета в стильный костюм из рубашки и шорт, подчеркивающий длинные подкачанные ножки, и белоснежные кроссовки. При виде подруги я еще сильнее ощутила той самой “чунькой”, как говорила мама — толстой и некрасивой.

— Привет, дорогая, — она крепко меня обняла, — Это тебе, привет из Анталии.

Протянула мне подарочную коробочку. Открыв ее, я обнаружила изящный жемчужный браслет.

— Пусть он принесет тебе счастье, — сказала девушка, — Это прям ой как вовремя, да?

Я всхлипнула.

— Садись, — сказала Карина, махнув рукой официанту, — Нам два больших латте и эти ваши фруктовые корзиночки с желе. Спасибо.

Когда официант ушел, она придвинулась ко мне и обняла за плечи.

— Рассказывай…

И я начала рассказывать. Плакать и рассказывать. Все-все, начиная от того, как готовила сюрприз и заканчивая сегодняшним утренним разговором у мамы дома. Подруга слушала, не перебивая и ее лицо все больше и больше мрачнело.

— Не думала я, что Дан твой на это пойдет. Вроде же остепенился, повзрослел, гонять даже перестал, весь в бизнесе, а тут такое…. — она качнула головой. — Ну, видимо, все они одинаковые.

— В смысле?

— В смысле, Маша, что Олег мне тоже изменил пару лет назад. И не смотри так. Да, я тебе не рассказывала об этом. Ты со своими идеалами и категоричностью меня бы не поняла.

— Карин…

Я не знала, что сказать. Было ощущение, что я попала в какую-то другую ужасную реальность.

— Вот тебе и “Карин”, — она щелкнула языком. — Адаму тогда еще и двух лет не было. Я, как узнала, тоже вот так же в истерике билась, два чемодана собрала, Адама на руки и к отцу. Сама не своя была. Больно было жуть. И противно. И мерзко. Олег приезжал, в ноги падал, прощения просил, даже от папы по морде получил, а я ни в какую. Папа меня с малым на море отправил чтоб отвлеклась немного и успокоилась. Олег мне это время дал, не писал и не звонил. Но как только вернулась, снова стал появляться и просить прощения. Буквально проходу не давал, даже как-то ночевал под парадным. И я стала думать. Мы четыре года вместе, у нас с ним семья, сын. И, самое главное я его люблю, а он меня, иначе бы не пытался исправить то, что натворил. А за любовь надо бороться. Нельзя позволять одной ошибке все разрушить. Мы сели и поговорили. Долго, помню, говорили, всю ночь напролет. Плакали вместе и говорили. В итоге сошлись на том, что пройдем семейную терапию и что в целом будем вместе работать над тем, чтоб спасти отношения.

Официант принес заказ и подруга сделала паузу. Отпила кофе, откусила кусочек десерта, слепо глядя в пространство.

— Ну а потом… Ну, не скажу, что прям все быстро стало хорошо. Я рыдала много, не могла с ним спать даже просто в одной постели. Психовала. Да и сеансы у психотерапевта то еще испытание, я тебе скажу, но они и правда помогли проработать наши проблемы и оценить то, как много нас связывает и как глубоки наши чувства. И вот со временем все устаканилось. Олег из кожи вон лез, чтоб это случилось. Он и до сих пор это делает, но и я со своей стороны тоже многое поменяла. В себе в том числе. Как результат — сейчас мы счастливы. И я ни на секунду не сомневаюсь в его верности.

— Честно говоря, я… В шоке, — я нервно улыбнулась.

— Угу, понимаю, — хмыкнула девушка.

— И мне жаль, что ты не могла искать во мне поддержки. Я же… Я бы тебя не осудила и всегда бы поддержала.