– Их это устроило?

– Нет, но они начали другую проверку. Потянем время, пока Юра что-нибудь накопает.

– Не боишься отца?

Цепляет словами и следит за мной.

– Никогда не шел против него, поэтому не знаю пока, страшно это или нет.

– Мне страшно за тебя, потому что я однажды пошла против него. Все закончилось той аварией. Когда это все уже прекратится…

– Эдик звонил утром, – резко меняет тему разговора и посматривает на Машу, чтобы не услышала его.

– Тебе? Зачем?

– Искал тебя.

– Что хотел?

– Не знаю, что он хотел, но я предложил ему дать тебе развод.

– Развод?

– Да, – улыбается довольно, как будто открытие какое-то сделал. – На наших условиях.

– Наших? А меня ты предупредить не хотел о наших условиях?

– Мы говорили об этом.

– Мы говорили, что я сама ему позвоню.

– Он мне позвонил раньше, поэтому я не стал откладывать.

– Я сама должна была ему это сказать.

– От этого суть не меняется.

Я смотрю на Машу, что ж так все по кругу, и каждый раз возвращаемся к тому, с чего начали.

– Я хочу сама ему позвонить. Верни мне телефон.

– Через адвоката с ним поговоришь.

– Рома, нельзя так. Ему, может, надо что-то, а я пропала. Он искать будет.

– На развод согласится, тогда и получит, что ему там надо.

– Ром, я подведу его. У нас с ним договоренность и мне надо, может, подписать что-то.

– Варь, я знаю, что такое бизнес и знаю, что такое договоренности, и когда сроки по договору горят, а нужной подписи и печати нет.

– Если знаешь, зачем подставляешь?

– А чтобы он скорее развод дал, а не мялся.

– Он мне так помог…

– Не хочу, чтобы он дальше тебя использовал.

– Я тоже его использовала и не лезь, пожалуйста, в наши отношения, мы сами разберемся.

– Допустим, до этого у вас был взаимовыгодный брак. Теперь все. Ты от него не зависишь. Ты остаешься тут. – Тычет пальцем в стол. – Ты и наша дочка. А он может искать себе кого-то другого для своих дел.

– Поговорить с ним дай… Хочешь ты или нет, но он все еще мой муж.

– Муж? И что? – повышает голос. – Хочешь к нему вернуться? Нравится та жизнь?

– Другой у меня нет.

– Есть. Тут. Со мной.

Тут с ним. Красиво все звучит.

– Я в больнице думала обо всем много. У нас с тобой никогда не получалось.

– Сейчас получится.

– Мы со старта уже со сложностями. Дальше обычно только хуже.

– Потому что я боялся этих отношений раньше, твоей этой… открытости, настойчивости, уверенности во мне, когда сам в себе не уверен. Варь, сейчас поменялось все. Вы с Машей все, что у меня есть. Ради кого мне жить хочется и в ком мой смысл.

– Ты и раньше жил неплохо.

– Ты не знаешь, как я жил, Варь! – Перебирает мои пальцы своими, переплетает и сильно сжимает. – Ну еще раз давай попробуем. – Я молчу, хочу очень, но снова потом страдать не хочется. – Мы раньше вдвоем пробовали, не получалось. А втроем вдруг получится?

Машей прикрывается.

– Отец твой никуда не денется, он не даст нам жить.

– Значит, уедем.

– Куда ты от него уедешь? Рома, очнись. Он моих родителей убил. Он мне угрожал. Тебя хочет подставить. В нем вообще что-то человеческое есть?

– Варь, мы справимся. Я найду решение.

– Поздно может быть, когда найдешь. Нам с Машей в Англии безопасней.

– Но ты ко мне пришла за защитой! Значит, останешься со мной, – медленно переводит взгляд с меня на Машу и обратно. – Я не отпущу вас.

Горло стягивает как веревками. Боль и страх только усиливаются. Когда-то я мечтала быть с ним. На все была готова. А сейчас вот оно – мечта сама на блюдечке ко мне приближается, а я боюсь. Боюсь остаться без дочки, боюсь дочку оставить сиротой.

– Удивила… – Эд немногословен.

Уверена и Рома не все мне рассказал из их разговора.

– Ты должен был мне позвонить.

– Ты недоступна несколько дней. Как до тебя дозвониться?

– Как ты Рому нашел?