Маня вырывается и убегает за стеллаж, пока я ее догоняю, она уже пристает к Роме. Обнимает крепко гуся и смотрит ему в глаза.

– Это кто?

– Это гусь-обнимусь, – тут же появляется продавщица. – Новинка этого сезона. Дети очень любят. У нас прям разбирают. Я племяннику брала, так он только с ним и играет.

Вот заливает…

– Маша, нет.

Я забираю у нее игрушку. А она опять перед Ромой эти свои глазки состроила страдальческие, он и растекается лужицей.

С таким уже умилением на нее смотрит.

– Ёма, я хотю гуся. Пажяста.

Он то ли на автомате, то ли мне назло, увидев как я машу ему головой “нет”, делает противоположное.

– Пошли, купим, тебе гуся, – поднимается и идет к кассам. Маша на ходу прихватывает еще и зайца.

– Маш, хватит, – я начинаю повышать голос. Мне уже неудобно перед ним, да и не надо ей столько.

– Тшш, - Рома касается моего локтя. – Пусть покупает, что хочет.

– Не надо ее баловать. Она целый магазин скупит, Ром, ей же мало всего.

– Ты завидуешь ей, что ли?

Закатываю глаза и выдыхаю. Отворачиваюсь и смотрю на медведя белого с коричневым бантом.

– Тетя Варя! – Узнаю детский голос племянницы. Одновременно с Ромой медленно оборачиваемся. Пересекаемся взглядами. Катя же не будет одна тут…

А если с братом? Мы столько лет не общались, что я боюсь этой встречи...

Катюша бежит ко мне, я присаживаюсь и ловлю ее в объятия.

– Привет, красотка, – обнимаю, а сама осматриваюсь. Встретиться с братом тут я не планировала и… вижу его жену.

– Рома, привет, – она и рада его видеть и сдерживает эмоции. Из-за брата они тоже перестали общаться.

– Привет, Онеж, – отвечает Рома. – Ты одна тут?

– А… – смотрит на меня, – да, мы с Катей подарки выбираем. Егор на работе еще. Варь, а ты в городе давно? Я не знала. – А потом жмурится, мотая головой. – Ты помнишь меня, Варь?

Если бы можно было сгореть со стыда, то я бы уже пылала. В аду.

– Да, привет, Онеж, – делаю шаг к ней и обнимаю. – Никогда не забывала, – шепчу ей, сдерживая слезы, но они снова против воли предают меня. Выставляют напоказ мою слабость.

Знаю, всех коснулось то, что случилось три года назад. Мы расстались все не очень хорошо. Я обманула их, но иначе сгорела бы со стыда еще тогда.

– Ты как, Варь? – у нее в глазах тоже слезы.

– Все нормально… Мы не вместе, если ты хочешь об этом спросить, – шепчу ей.

Онежа отстраняется, смотрит на меня. Замечает Машу, что стоит рядом с полными руками игрушек. И с Маши переводит взгляд на Рому, потом на меня. Черт. Она, догадается, если уже не догадалась. Если присмотреться и задаться целью, найти черты, схожие с Ромой, не сложно.

Я еле заметно качаю головой из стороны в сторону. Не надо задавать этот вопрос.

– Привет, тебя как зовут? – Онежа наклоняется к Маше и улыбается.

– Мася, – Онежа умеет к себе располагать, дети ее любят. Причем, сразу.

– Я Онежа, а это Катя.

– Мам, она такая маленькая, как Ванька наш.

Катерина так сразу даже без особых знаний определяет возраст Маши.

– Может, сходим в кафе? – предлагает Онежа. Егор нас только через час заберет.

Я смотрю на Рому, он тут решает все.

– Я только за, голодный с елками этими вашими.

Я поджимаю губы и улыбаюсь Онеже. Неожиданно даже, что она рада меня видеть и не ушла, не сделала вид, что забыла. Я скучала по ней, скучала по Кате и по своей семье.

Детей отводим пока на игровую площадку, сами занимаем столик и заказываем нам несколько пицц и коктейлей.

– Я так рада вас встретить, правда, – Онежа улыбается нам, открыто, искренне. – И так неожиданно. Варь, я не знала, что ты вернулась.

Переглядываюсь с Ромой. Ему тоже ничего не рассказывала.

– Я недавно вернулась, мм… – втягиваю воздух между зубов, – я и врать не хочу, но и пугать тоже. Потому что Онежу с Катей мне тоже присылали. – У меня тут дела, я спонтанно приехала.

– Варь, а ты не хочешь к маме съездить, с Егором встретиться? И ты, Ромка, тоже? Может, помиритесь уже?

– Я с ним не ссорился.