Возница тронулся, карета дернулась. Позади остались Вернон с Раисой, провожавшие нас с такими переживающими минами, словно муж собирался завести меня в лес и забыть между елок. Горничная еще и платочком помахала. Спасибо, не утерла себе скорбную слезу.

После крепостного моста, протянутого через глубокую расщелину, поплыли зеленеющие, цветущие окрестности, заметно преобразившиеся с моей последней и единственной поездки в соседней город. Постепенно свет потускнел, солнце исчезло – мы въехали в густой реликтовый лес с высокими деревьями, переплетенные кроны которых не пропускали к покрытой папоротниками земле живительные лучи. Вокруг царила тишина, разбавленная лишь стуком экипажа.

–  Мария, – мягко, без малейшего акцента произнес он мое настоящее имя, не пытаясь его переиначить на местный манер, и от этого вдруг засосало под ложечкой.

– Ты решил называть меня нормальным именем? – съехидничала я.

– Оно тебе идет, – пояснил он. – Ты уже придумала компенсацию?

– Хорошо, что ты заговорил о вчерашнем недоразумении, – обрадовалась я. – Мы можем сделать вид, будто ничего не произошло и жить дальше.

– Но я не собираюсь делать вид, что ничего не произошло, – заметил Фостен.

Я повернула голову и обнаружила, что муж смотрит на меня прямым, изучающим взглядом.

– Тогда тебе следует извиниться за вчерашний вечер, – дружелюбно предложила я. – И со своей стороны я тоже извинюсь перед тобой. Не хотела вводить тебя в заблуждение. В мыслях не держала.

– Очень жаль. – Уголки рта мужа дернулись, на губах появилась полуулыбка, на щеке наметилась маленькая складочка.

– Мой поступок был неуместен, Фостен, – признала я ошибку, но посыпать голову пеплом в одиночку не собиралась и напомнила: – Впрочем, ты тоже поступил неуместно.

– Абсолютно неуместно, Мария, – согласился он. – Если тебя это успокоит, я действительно не знал, что артефакт сбоит, пока не обнаружил зеркальный коридор.

– Тебе следовало погасить магию сразу, едва ты обнаружил связь! – отрезала я. – Именно так обязан поступить порядочный человек.

– Не поспоришь. – Фостен вдруг нагнулся к моему уху, заставив замереть от ощущения, что его дыхание щекочет кожу. – Но думал, мы выяснили, что я не порядочный человек, а ты в тот момент уже эротично снимала перед зеркалом чулки и развязывала милые бантики.

Он отодвинулся. Некоторое время мы разглядывали друг друга. На лице Фостена играла искушающая улыбка. Очевидно, он достаточно впечатлился томным раздеванием, чтобы подготовиться к долгой осаде супружеской спальни.

Готова ли я рисковать будущим и, будем честны, сердцем, ради мужчины, который видел нормальную семейную жизнь только в кошмарах? Не готова! Совершенно. Так ведь?

Внезапно колесо кареты наскочило на кочку и меня швырнуло на мужа. Хотелось бы сказать, что я красиво приникла щекой к его широкой груди и немедленно решила, как разобраться в чудовищном бардаке, в который нас обоих втянула, но реальность была прозаична. Со всего маха я вмазалась лбом в бритый подбородок Фостена и отпрянула к стенке кареты. Удивительно, как у нас у обоих из глаз не посыпались искры.

– Ты в порядке? – скривившись, уточнил муж.

– В полном, – поморщилась я, потирая ушибленное место.

Спасибо, милосердное провидение, что вовремя настучало по голове и не дало возникнуть предательским мыслям, способным сбить меня с пути в светлое будущее. Я узрела знак и буду держать круговую оборону!

В общем, побитый темный маг и я, узревшая во всем этом знаки, еще некоторое время истерично тряслись в карете, словно та катилась по ребристой стиральной доске. Наконец за окном лесные таинственные сумерки вновь сменились мозаичным тенями, а потом и ярким солнечным светом. Болтанка закончилась. Видимо, подсознательно стараясь поскорее минуть реликтовый лес, возница разогнался и придержал лошадей, стоило из чащи выбраться.