– Лорд Льюис, – одинокая слеза скатилась по гладкой девичьей щеке, – отца больше нет, я могу рассчитывать только на себя и свои силы. Вы через полгода тоже уедете, а я останусь. Понимая всё это, я взяла себя в руки и начала действовать. Как только прошли похороны отца, я отправилась в Торнтон, заглянула к мастерам, чтобы получить толковые советы; многие дни провела в библиотеке, изучая информацию, способную помочь мне исправить имеющуюся ситуацию. А ещё работа помогает не думать об отце. В делах легче переносить утрату.

Юная леди говорила прямо, ни разу не отведя от меня взор. И я сдался. Пусть и не до конца поверил в её знания из «библиотеки».

– Леди Айрис, я не буду вам мешать, более того, помогу, чем смогу, хотите, возьму у своего отца пять тысяч золотых крон?

– Это не решит проблему долга, милорд, – она прижала платочек к глазам, промокая слёзы.

– Но у вас будет куда больше времени эту сумму накопить, – возразил я.

– Давайте к этому вопросу вернёмся, когда прижмёт, то есть в том случае, если я не справлюсь.

– Вы настолько уверены, что ваши задумки принесут плоды? – скептически приподнял брови я. – Проезд по мосту и помол зерна – это не то, что может дать вам большой доход.

– Я и не делаю на них ставку. И мост, и мельница помогут мне обеспечить едой жителей моих земель, отремонтировать хотя бы отчасти этот дом.

– Но тогда как вы планируете рассчитаться с Колфилдом? – не скрывая удивления, спросил я.

– Есть одна идея… Возможно, я расскажу вам о ней позже. А пока это мой секрет. Что же… – девушка встала со стула и добавила: – Миссис Стоун поди уж заждалась нас в столовой, пойдёмте, поужинаем, лорд Льюис.

Найджел

Главная столовая была погружена в полумрак, замерев на пороге, я огляделся и невольно поёжился. Ощущения были не очень приятные, будто оказался в пещере. Зал, предназначенный для приёма большого количества гостей, сейчас был пуст и мрачен. Я прошёл вперёд и мои шаги эхом разнеслись по тонущим в густой тени углам.

Единственным источником света служили несколько свечей в простом железном канделябре, который поставили в центре длинного дубового стола.

Камин зиял чёрным провалом. Сквозь щели между досками, закрывающими высокие окна, доносился шелест листвы и мирный, громкий стрекот кузнечиков. Этот будничный звук уходящего лета делал некую безжизненность помещения ещё более пронзительной.

Признаюсь, я не ждал от сегодняшнего ужина ничего особенного, ведь в обед мне в опочивальню принесли склизкую кашу с редкими вкраплениями волокон какого-то мяса. Я думал, что и на вечерней трапезе меня ждёт овсянка на воде в деревянной миске, да чёрствая краюха хлеба. В лучшем случае добавят кружку кислого эля.

Но то, что я увидел на столе, заставило меня в изумлении замедлить шаг.

Это был не пир аристократов, но и не ужин бедняков.

– Не стойте столбом, лорд Льюис, присаживайтесь, – мне показалось или в голосе леди Айрис проскользнули насмешливые нотки? – С недавних пор у нас вошло в привычку весьма плотно ужинать, и пусть это неправильно, набивать живот перед сном, но после сложного трудового дня есть хочется просто зверски.

Я прошёл вперёд и замер подле стула с треснутой спинкой, не отрывая глаз, гипнотизировал стол, ломившийся от снеди: массивное деревянное блюдо с тремя заячьими тушками, зажаренные до золотистой корочки, в окружении печёной моркови, репы и лука, явно сорванные в огороде за домом; подле дымилась большая глиняная миска с ухой – густой аромат речной рыбы, укропа и чего-то ещё пряного зазывно щекотал ноздри; тарелки с тонкими ломтиками вяленого мяса и брусочками свежего, белоснежного козьего сыра, и два пузатых кувшина, один был с молоком – я поморщился, опознав характерный запах, второй с каким-то душистым травяным духом. Небольшая вазочка с темно-рубиновым вареньем из смородины и, что самое главное, пышная, ещё тёплая буханка ржаного хлеба.

Просто. Сытно. И, судя по витающим ароматам, вкусно.

Оторвав взор от снеди, посмотрел на сотрапезников: леди Айрис заняла место во главе стола, усталость с её лица никуда не делась. Она выглядела бледной, измученной, такой же, как и четверть часа назад в кабинете. Но продолжала держаться с невозмутимым достоинством хозяйки, принимающей гостей.

Миссис Стоун устроилась на самом приличном стуле, видимо, взятом из другой комнаты. Её губы были поджаты в ниточку, и всё её существо выражало крайнюю степень недовольства обстановкой.

А вот мужчину, который при моём появлении встал и замер у своего стула, я видел впервые. На вид ему было лет пятьдесят, может, чуть больше. Лицо пересекал старый, давно заживший шрам.

– Лорд Льюис, миссис Стоун, – голос хозяйки дома прозвучал ровно, – позвольте представить вам сэра Маркуса Блэквуда. Он помогает мне с обеспечением безопасности поместья и жителей Эшворт-холла.

«Обеспечением безопасности». Ясно. Телохранитель. Теперь понятно, почему она так спокойно разгуливает по полям. Юная леди Эшворт проявила несвойственное возрасту благоразумие. Моё уважение к ней сделало ещё один шажок вверх.

– Сэр Маркус, это лорд Найджел Льюис, мой опекун, и миссис Стоун, моя… компаньонка.