Я стоял и смотрел на эту сцену, чувствуя, как внутри меня борются два противоположных чувства: восхищение упорством Айрис, и возмущение от того, что она вообще занимается чем-то подобным лично. А где же её охранник? Куда он подевался?

Я мог бы развернуться и уйти, но вместо этого снял сюртук, повесил его на ближайший куст, закатал рукава рубашки, подошёл к ним и, не говоря ни слова, забрал топор из тонких рук подопечной:

– Отойдите, – приказал ей и нанёс первый выверенный удар по корню, который тут же с жутким треском обломился. Затем перешёл к следующему, потом к третьему, методично уничтожая всё, что держало этот проклятый пень в земле, а Энни тем временем продолжала копать, расширяя яму вокруг него.

Айрис стояла рядом, наблюдая за нашей работой с выражением изумления и благодарности на прелестном измождённом лице.

Я так увлёкся, что не сразу ощутил крупные капли дождя, стекающие по лицу и одежде. Дождь всё набирал обороты, но я хотел завершить начатую работу, потому с удвоенной силой замахал топором, вскоре последний корень был перерублен, и я, отбросив инструмент, схватился за край пня обеими руками. Упёршись ногами в землю, потянул его на себя изо всех сил. Он заскрипел, земля вокруг него затрещала, оставшиеся корни начали рваться с мокрым, чавкающим звуком, и, наконец, с громким хлопком, пень вылетел из вязкой почвы, едва не опрокинув меня на спину.

Я зло отбросил его в сторону и замер, стараясь выровнять дыхание.

– Поспешим домой! – громко окликнула меня Айрис. Платье облепило её со всех сторон, и при каждом движении обрисовывало изгибы её хрупкой, точёной фигуры. Я с трудом отвёл глаза и, резко кивнув, зашагал прочь.

Девушки догнали меня у куста, на который я кинул свой сюртук.

– Где Блэквуд? – не скрывая раздражения, спросил я, накидывая пиджак на хрупкие плечи наследницы Тобиаса, для Энни у меня, увы, ничего не было, а промокшая рубашка проблему не решит. – И почему вы не позвали крестьян помочь вам с этой чёртовой корягой?

– Сэр Маркус объезжает территории, проверяет, как продвигаются работы на мосту и мельнице, заодно осматривает границы владений, – быстро ответила девушка, убирая упавшую на лицо мокрую прядь волос.

Более не тратя время на разговоры, поспешили по тропе в сторону Эшворт-холла.

Мы почти добрались до особняка, когда ливень пошёл на спад.

Пока шли, я всё пытался отогнать навязчивую картину перед глазами – видение промокшей Айрис. С усилием переключился на её слова о том, что строящиеся объекты следует охранять.

Может ли мост и мельница подвергнуться нападению? Может ли кто-то попытаться саботировать работы? Да, вполне, например, леди Дарена или её пособники. Но, насколько я понял, вдове Тобиаса более выгодна смерть самой Айрис, нежели что-то иное. Вероятно, даже те пять тысяч крон никуда не делись и ждут своего часа, чтобы быть возвращёнными Колфилду. Но этот момент наступит лишь тогда, когда Дарена станет хозяйкой земель.

Нахмурившись, покосился на молчаливо шагавшую рядом девушку. Вот кого надо защищать, а не мост и мельницу.

Что же, выходит, нам срочно необходимы наёмники. Займусь этим вопросом завтра же. Отправлю Блэквуда в Торнтон, пусть подыщет достойных.

Я, уже не скрываясь, снова посмотрел на подопечную, на её испачканное платье, на растрепавшиеся волосы, на размазанную по щеке грязь, на то, как она куталась в мой сюртук. Она не заметила моего настойчивого внимания, её мысли явно были заняты чем-то другим, вероятно, очередными расчётами и планами, которыми, как я уже понял, была переполнена её голова.

Необыкновенная девушка, таких я никогда прежде не встречал. А ещё было немного обидно, что она ни разу не попыталась со мной флиртовать. Ладно, не немного, а весьма.

Айрис

Я, уже переодевшись, стояла в прихожей, разглядывая гору мешков и свёртков, аккуратно сложенных Гарри у стены. Найджел действительно купил всё, что я просила. Абсолютно всё. И даже то, что было приписано в самом конце с пометкой: «Лорд Найджел, обещаю вернуть деньги за эти товары, сразу, как реализую  проект  задуманное». Я специально зачеркнула слово, чтобы заинтриговать опекуна, и он повёлся на уловку, весьма и весьма потратившись…

Мука, крупы, соль, сахар, мясо – всё это Полли и Джон уже перенесли на кухню, оставив лишь то, что предназначалось мне и было помечено крестиками на мешках. Я, отбросив лишние мысли, присела подле свёртков и принялась методично перебирать содержимое.

Развернула первый мешочек: белый порошок – свинцовые белила. Осторожно отставила в сторону. Следующий с охрой, рыжевато-жёлтой глиной. Ещё один с умброй, затем киноварь, ярко-красный порошок сульфида ртути.