Я присела на корточки, осматривая старые, местами скрипучие доски. Одна из них у дальней стены под окном была чуть приподнятой. Я подошла, надавила ногой на половицу, которая легко поддалась, качнувшись.

Вот оно!

Опустившись на колени, подцепила доску пальцами и потянула, под ней оказалась пустота – небольшая ниша между балками, сантиметров двадцать в глубину. На меня «дохнуло» пылью, застоявшимся воздухом и мышиным помётом. Я, обернув каждый сосуд кусками старой ткани, чтобы не звенели, если кто-то случайно наступит, поместила туда горшки с пигментами, затем вернула половицу на место, прижав плотнее, чтобы не торчала над поверхностью.

Готово. Надо бы сюда поставить ещё и стул, чтобы дополнительно прикрыть схрон. Поднялась, отряхнула руки от пыли и прошлась по комнате, успокаивая дыхание.

Пройдя к столу, села в кресло и посмотрела в окно: солнце уже взошло над горизонтом, запели птицы, со двора доносились голоса, я узнала их – это был Найджел и старик Джон. Любопытство взяло верх и я встала, чтобы приоткрыть окно и подслушать.

– Джон, отправляйся в город, вручи это письмо главному констеблю, вот это лекарю.

– Да, милорд, всё сделаю, не сумневайтесь, – отозвался Джон.

Опекун давал распоряжения старику, а я, вернувшись в кресло, всё пыталась строить теории, кому понадобилось всё это? Дарене?

Вероятно. Даже почти наверняка.

Но Дарена женщина, она не могла сама оглушить охранников и поджечь мост. Значит, у неё есть помощники, люди, готовые убивать за деньги.

Пожар – это некая демонстрация? Предупреждение?

«Мы можем уничтожить всё, что ты восстановила. Мы следим за тобой».

Неприятный холодок пробежал по спине. Я потёрла виски, прикрыла горящие огнём веки.

Нужно действовать быстрее. Закончить с красителями и наведаться к герцогу Торнтону. Заключить сделку, получить деньги и нанять больше охранников, чтобы защитить поместье и жителей.

Сегодня же отправлю Арчи на починку моста, ремонт крыши придётся снова отложить.

Жаль, конечно, уж сколько времени ремонт кровли откладывается? В дождь вода затекает в комнаты на четвёртом этаже, портит древесину… Но выбора не было: сначала мост, и только потом всё остальное.

Я встала и прошлась по кабинету туда-сюда, пытаясь успокоить нервы. Пальцы всё ещё слегка дрожали, но я потихоньку успокаивалась. Следует отвлечься и сделать что-то полезное.

«Протравы», – вспомнила я.

Мне нужно подготовить протравы для красителей…

Я открыла ящик стола, достала дневник с записями, пролистала страницы. Рецепты протрав, пропорции, время выдержки ткани…

Займусь этим немедля, пока крестьяне ремонтируют мост, я буду готовить красители на продажу.

Айрис

Я спустилась на задний двор, остановилась на мгновение, полной грудью вдохнув свежий, прохладный, осенний воздух. Солнце поднялось уже достаточно высоко, разогнав утренние тени. Гарри возился у сарая, готовя дрова для камина в столовой. Увидев меня, он приподнял шляпу в знак приветствия. Я кивнула в ответ и подошла к печи. Меня ждала работа, нужно многое успеть, пока не приехал констебль.

Протравы. Без них даже самые сочные пигменты не будут держаться на ткани, краситель просто смоется при первой же стирке, оставив лишь призрак былой яркости. Протрава же создаст химическую связь между волокнами ткани и молекулами красителя, делая цвет долговечнее.

Я расставила перед собой глиняные горшки с реагентами: квасцы, железный купорос, медный купорос, танины из дубовой коры. Каждый из них даст свой оттенок при взаимодействии с пигментами. Квасцы усилят яркость, железо приглушит и добавит холодных тонов, медь даст зеленоватый отлив, а танины закрепят цвет глубоко в волокнах.

Начала с самой распространённой протравы – квасцовой. В большой котелок налила воды, поставила на огонь и пока она нагревалась, отмерила нужное количество квасцов, примерно десять процентов от веса ткани, которую планировала окрашивать. Кристаллы были прозрачными, желтоватыми, похожими на крупный сахар. Когда вода закипела, засыпала в неё квасцы и принялась помешивать деревянной палкой. Кристаллы растворялись медленно, с тихим шипением, превращая воду в мутноватую жидкость. Пошёл лёгкий пар, щекочущий ноздри кисловатым запахом. Затем сдвинула котелок на меньшую конфорку, где жар был слабее, и дала раствору покипеть минут десять.