Как только она растворилась в толпе вместе со своей младшей сестрой, Дион почувствовал, что и его в этом месте больше ничего не держит. Его не беспокоила ни молодая девушка, которая бросалась ему на грудь с требованиями, упреками и угрозами. Его не волновали ни многочисленные свидетели. Он даже ни разу не задумался о последствиях подобного скандала и того, как это отразиться на его семье.

Прежде он инстинктивно в первую очередь задумывался о чести своего рода, теперь же он даже не вспоминал об этом, все еще видя в мыслях образ стремительно удаляющегося женского силуэта в гуще толпы.

Вернулся он домой уже поздно вечером еще более потерянный и подавленный. Он чувствовал себя пьяным, не обращая внимания ни на дворецкого, который привычно и преданно встретил его на пороге, с тоской и тревогой смотря в лицо своего молодого господина, ни на отца, которого встретил на лестнице, ведущей на второй этаж. Отец хотел было что-то ему сказать, но увидев выражение лица своего сына, выругался и передумал, мимолетно предупредив, что они поговорят завтра.

Дион по привычке плелся в свой рабочий кабинет, избегая жилого крыла там, где его спальня была отделена всего одной стеной со спальней Беатрис.

Сейчас он не был уверен ни в своих чувствах, ни в силах и боялся совершить ошибку, потому намеревался сегодня ночевать в кабинете.

Открыв дверь, он зажег свет, а после увидел на своем столе заботливо укрытое блюдо с поздним ужином.

Вместо прежней несносной привычки караулить его до поздней ночи в столовой, теперь его жена распоряжалась в дни его задержки готовить ему легкие перекусы или несложные блюда, не требующие дополнительного разогрева, чтобы он не голодал и не доставлял неудобств прислуге.

Понемногу он начинал привыкать к этой вежливой и ненавязчивой заботе. Но сейчас, вместо чувства голода, от этого проявления заботы Дион ощутил горечь, которую было сложно выразить словами.

Словно сомнамбула он хватил канцелярский нож со стола, подошел к настенному зеркалу, после чего с презрением и мрачной решимостью посмотрел в свое отражение покрасневшими глазами. После ленивым движением ослабил узел своего галстука.

***

Это был поистине утомительный день.

После просто феерического фиаско, который я пережила на площади в декорациях чайной, не оставалось ничего иного, как завершить прогулку и отправить сестру в отчий дом, заверив, что я в порядке, о чем слегка слукавила.

На оскорбления и угрозы Лурии мне было плевать, пока это касалось меня одной. Но, к несчастью, теперь это уже не могло не затронуть остальных.

Не сомневаюсь, что слухи разнесутся как лесной пожар, потому вскоре придется держать ответ перед старшими представителями рода Харт. И сомневаюсь, что им подойдет тоже легкомысленное объяснение, коим я наградила младшенькую.

А учитывая неожиданно темпераментную натуру Пени, уверена, она возьмет на себя весьма красочное повествование в деталях. Вероятно, чрезмерно приукрашенное, что я проконтролировать уже не смогу.

Я не была наивной и понимала, что последствия сегодняшней перепалки будут. Причем, для многих сторон, не считая мою семью. Потому взяла инициативу и отправилась сразу же в поместье Краун, чтобы встретиться со свекром и продумать дальнейший план действий.

Учитывая весьма категоричные и радикальные заявления Диона в отношении своей суженой при толпе свидетелей, замять это дело просто не удастся и вскоре нам придется столкнуться в серьезном противостоянии не только с храмом, но и дворянским неодобрением. А помня, что религиозная власть примерно на одном уровне с королевской, то проблемы не заставят себя долго ждать.

Семья Баскал, очевидно не будет молча сидеть, понимая, что их интересы серьезно попирают, ведь иметь благословленного парной меткой члена семьи очень престижно и выгодно. Я уже молчу о том, насколько сама Лурия заинтересована в Дионе, помимо финансовой выгоды.

Храм также не останется в стороне, смотря, как их власть подвергают сомнению, ибо прежде прецедентов добровольного отречения от благословения никогда не было. Не удивлюсь, если они пригрозят Диону отлучением от храма, если тот продолжит артачиться, что возведет его в разряд еретиков.

Если отречение произойдет, ни один дворянский дом не посмеет сотрудничать с Краунами или поддерживать его, дабы не попасть под раздачу.

Такими темпами Дион рискует лишиться вообще всего…