– Пап! – цокаю языком.

– Иди уже! – отсылает меня засмеявшись. – Но как уложишь Алёну, приходи ко мне! Выпьем по бокальчику вина и обсудим новый график моей внучки. Нужно понимать, кто её будет на занятия водить.

– Точно не ты, – поджимаю губы. – Это ведь в моей академии будет, а я не хочу, чтобы они знали, чья я дочь. И чья внучка Алёна.

– Но ты ведь не всегда сможешь, – резонно отмечает, и я возвращаюсь на своё место.

– Ну, есть один вариант, пап, – хитро начинаю. – Но он тебе может не понравиться.

– Говори!

– Ты же помнишь историю про дедушку Тихона? Которого мы к нам на фабрику устроить решили. Так вот… Он ладит с Алёной. Может, его Алёне временно сиделкой возьмём? Ему ещё кое-какие процедуры надо закончить. И на фабрику он поехать пока не может. Но и лежит он в больнице ради одной процедуры в день. А так бы…

– Думаешь, он справится?

– А почему нет? – пожимаю плечами. – Дома всегда есть домоправительница, которая знает всё, что касается Алёны. Когда она ест, что ей можно, а что нельзя. У Алёны собственный водитель, который может их с Тихоном везде возить. Дедушка просто будет рядом с ней. Играть с ней. Разговаривать. Сопровождать её на занятия.

– То есть, может, и получится?

– Ага!

– Завтра я поеду с тобой в клинику и взгляну на него, – начинает мой, как всегда, серьёзный отец. – Если он придётся мне по душе, то хорошо, дело в шляпе! Тем более, мне уже даже посмотреть интересно на мужчину, из-за которого мне уже неделю маникюр не делают, – сверкает своими ноготками в прозрачном лаке с блёстками.

Подчинённые папы уже привыкли к тому, что он иногда может в таком виде появиться. Каждый раз с пониманием и даже умилением смотрят.

– Он замечательный, папуль! Тихону просто не повезло по жизни. Я же тебе рассказывала. А так он и медсёстрам в больнице помогает уже. И с Алёной сидит, пока я по делам хожу.

– Ох, ревную я вас двоих!

– А ещё говоришь, что моя дочь ревнивица! – возмущаюсь на него театрально. – Вся в тебя внучка! Вся в тебя!

Вадим

После того как отвожу маму и Егора в родительское имение, уезжаю в художественный магазин друга и закупаюсь всем необходимым для Алёны. Если её мама всё же решит отдать дочь в мою детскую школу – у девочки будет всё самое лучшее.

Помня малышку и её милый, нежный и, я бы сказал, воздушный характер, решаю приобрести всё розовое и с различными принцессами. Например, на чехле для кистей какая-то длинноволосая принцесса красуется со сковородкой, но с цветочками в волосах. Своеобразный герой. Папку для хранения работ беру с Белоснежкой. Эту принцессу я единственную знаю и, можно сказать, принимаю.

Домой всё это завезти не успеваю из-за ужина, который затевает мама в честь выписки малого. И к моему несчастью, Егор каким-то образом узнаёт о том, зачем я отлучался, и даже решил меня постебать.

Как всегда! Мозгов в черепушке маловато, вот и занимается тем, на что минимального набора извилин хватает.

Но братец всё же сумасшедший. И по башке его хорошенько треснули. Потому что провоцирует на безумства он не только меня, но и моего братишку.

За что и поплатится своей мокрой пятой точкой в фонтане.

К своим двум братьям присоединяюсь в любимой Егором беседке. Влад и малой, как всегда, на своём. Младший троллит. Влад терпит из последних сил. Жалеет даже из-за сломанной ноги, иначе давно бы уже Егорка бежал по маминому идеальному газону от Влада и его задумок. В прошлый раз, если не ошибаюсь, то в младшего летели педали от велосипеда.

– Ужас подкрался незаметно? – спрашиваю брата-близнеца, которому машину испортил кто-то.

– Два ужаса, – закатывает глаза. – Выхожу из академии злой до невозможности. Направляюсь к машине, а возле неё стоят две фифы, ещё и на одно лицо, – жалуется он недовольно, что даже удивляет. Обычно такие истории приятно для Влада заканчиваются.

– О-о-о, близняшек я люблю, – чуть ли не облизывается Егор.

Любит! Две вон его уже оприходовали.

– Поцарапали? – предполагаю, даже испугавшись, как за своего зверя. – Сильно?

– Слава богу, нет! Разрисовали.

– За что мстят? Плохо время провели или слишком хорошо? – всё о своём бормочет младший.