– Благодарите мою стрекозу, – кивает на Алёну. – Ей и моей дочери очень нравится ваша академия, поэтому я не могу отказать в просьбе.

– Благодарю, – киваю и подмигиваю принцессе, беспрерывно нюхающей свой букетик. За что получаю от малышки поцелуй в висок и улыбку.

Нежное касание её губ к коже моей головы дурманит. Хочется раствориться в этой детской нежности и любви. Отдаться полностью этому ребёнку и подарить ему весь мир.

Эти маленькие прелести даже и не догадываются, что делают со взрослыми. Даже не представляю, какое влияние имеют.

– О, мама! – шепчет девочка и указывает на свою родительницу, вышедшую с закусками в руках. – Ты должен её очаровать! И влюбить в себя, папочка. Ты же хочешь, чтобы такая красавица, как она, стала твоей женой? А я твоей любимой доченькой?

Милена

– Вот результат, – заговорщицки шепчет Сара и вкладывает конверт мне в карман платья. – Потом посмотришь. Потом мне расскажи! Без тебя не открывала, потому что права не имею.

– А чего так поздно? – спрашиваю, перекладывая закуски из ресторанной коробки на тарелку. – Твои девочки вроде обещали утром всё сделать, – нахмурено напоминаю. – Я весь день как на иголках была.

– Ну… – тянет, поджав губы, тем самым намекая, что не обошлось без её именитого везения. – В общем, я перепутала, какой образец, у какого брата взяла. Егор мне их зубные щётки достал, но они обе чёрные! Я их пометила, а в итоге забыла, чью лаком мазнула.

– Егор знает? – испуганно оборачиваюсь к ней.

– Нет, конечно! – восклицает. – Я сказала, что хочу эксперимент провести. Ну, понять, какие у него братья. Типа похоже у них ДНК и так далее. Я же дочь врача. Он и согласился, но потребовал кое-что взамен.

– Что?

– Чтобы я ему станцевала, – закатывает глаза и, своровав одну вишенку из тарелки с фруктами, закидывает её себе в рот. – Но мы быстро всё закончили.

– Не понравилось?

– Не, я стакан разбила, – признаётся, взмахнув рукой. – Специально! – ловит мой сомневающийся взгляд. – Ну а что? Делать мне нечего, как ему танцевать! Пусть на своих студенток смотрит. А я буду только перед своим мужчиной пятой точкой вертеть, – обиженно и ревниво произносит. – Но вообще, Егор сказал, что братья у него разнояйцевые. И для эксперимента других брать надо.

– Разнояйцевые – это же хорошо?

– Ага. То есть можно понять, кто отец. Там в результатах сравнение только с одним из братьев. Ну, чтобы наверняка. Да, и только у Владислава Даниловича две щётки было.

– Отлично, – киваю, взглянув на тарелку с закусками. – Думаешь, хватит? Или добавить ещё что-нибудь?

– Думаю, хватит, – заключает она. – Если что, потом можно обновить. Официанты нанятые займутся. Ты отдыхай!

– Тоже так думаю, – кидаю ей улыбку. – Бери тогда фрукты, а я эту, – киваю на тарелку с только что выложенными канапе.

Прошлый век все эти мини-закуски на шпажках, но у нас все их обожают. Особенно с оливками быстро уходят. А у Алёнки все те, что с колбасой. Любит она её страшно!

Взяв свою тарелку, вместе с Сарой идём в зал ко всем гостям. Конверт в кармане жжёт правдой, но я упорно держусь. Сегодня, а именно сейчас, я не хочу знать имя этого негодяя. Сегодня мой день рождения, и я хочу забыть обо всём! В особенности о моём знакомом, имени которого я не знаю. И дальше бы не знала, если он не был Громовым и… Будь он обычным мужчиной, даже не заморачивалась бы. А здесь Громовы. Они в случае чего, в суде могут свои права на Алёнку затребовать и, не дай бог, её забрать. Папа, конечно же, мне поможет и не даст своих девочек в обиду, но лучше подстраховаться. И знать, с какой стороны ждать удар.

Но только мой незнакомец и отец моей дочери меня в покое оставлять точно не желает. Потому что стоит мне выйти в общий зал и пройтись по всем гостям взглядом в поисках Алёны, как на мои глаза попадается умиротворительная и умилительная сцена.

Моя дочь на руках у своего возможного отца. А в руках у неё букетик, который она с трепетом прижимает к себе, не забывая и мужчину при этом очаровывать.

Сара чудом успевает подхватить мои закуски и не дать им упасть, потому что я от полного шока чуть не выронила все канапешки. Подруга аккуратно забирает их у меня и всем своим видом даёт понять, что дальше всё берёт на себя.