– Если найдёшь их, то номерок для меня возьми, – просит меня младший брат, кинув в спину свой запрос. – Я бы продолжил наше общение и принял их извинения. В горизонтальном положении, – кидает мне в спину.

– Лечись, Егор! – кидаю ему, обернувшись. – Мама обещала к вечеру приехать и привезти тебе всё необходимое. Сейчас всё по списку собирает и твой любимый морковный пирог печёт.

– А отец?

– Расстроен, – пожимаю плечами, не понимая поведения отца. Он ведь недалеко от академии был, когда всё случилось, но не вернулся, чтобы сына младшего поддержать. – Что-то там про планы на тебя говорил. Но я не понял ничего! В общем, как остынет, так и приедет. А к тебе уже завтра в обед загляну, – отвечаю на его вопрос. – Надо придумать, что делать с твоим графиком. Лекции ведь назначены. Студенты ждут.

– Ну ты Влада попроси, – хмыкает, словно я проблему из ничего делаю. – Пусть вспомнит былое.

Если бы всё было так просто? Уговорить его – то же самое, что заставить мартышку молиться. Сделать можно, но смысла не будет.

Вадим

На следующий день утром звоню Владу и прошу приехать. Долго думал, как выкрутится и не отменять, потому что знаю, что брат не согласится, но другого выхода нет.

Хотя бы на время, но мне нужно, чтобы Влад вернулся к своим бывшим обязанностям. Когда-то он уже занимал должность декана, но после давления отца ушёл в офлайн. Помогает теперь академии издалека пиаром, продвижением, рекламой и другими различными вещами, но напрямую лезть в управление не хочет. Брата всегда душил контроль, особенно отцовский. После его ухода из академии, Егор как раз и стал деканом.

– Даже не начинай, – тянет Влад, сразу же после того, как я говорю ему о том, что у Егора пары запланированы и заменить неким, а сам младший братец в больничке отдыхает. – Не думай об этом! Не проводи параллель между мной и парами Егора. Не надо! Давай не будем портить друг другу настроение.

– У меня нет выбора, Влад! – произношу спокойным и размеренным тоном. Надеюсь так у меня получится повлиять на свободолюбивого брата близнеца. – Свободных преподавателей с музыкальным, а тем более хореографическим образованием у меня нет!

– Ну так сам пойди!

– У меня свои пары есть! Плюсом я ещё детскую школу на себя взял и сейчас отбор в классы провожу! Мне сейчас, как никогда нужна твоя помощь.

– Нет, Вадим! Не-е-ет!

– Влад, не забывай, что это и твоя академия тоже. Я не могу всё за нас двоих решать – рычит на упрямца, надеясь, что хоть грозный рык, которым работает у отца, мне поможет, но нет. Брат лишь отсаживается подальше от меня.

Но он не учёл того, что я отступать не намерен. Выпотрошу его душу, но он сделает то, что нужно мне.

Мне нужен новый декан и он им станет!

Заставляю его подняться на ноги и вывожу из своего кабинета, прямиком в аудиторию, где у него уже скоро должна начаться лекция. И плевать мне, что он об этом думает. Сейчас потребности академии важнее его личных.

Помня его стиль преподавания, знаю, что потом меня ждёт нытьё о том, что всё вокруг бездари, неучи и вопросы, где я их понабрал. Да и студенты будут вешаться.

Но это всё на время! Потом я обязательно найду нормальную замену! Уже завтра займусь поисками. А пока пусть Влад работает на благо семьи.

Но по дороге, не упускаю возможности поговорить с братом, о важных проблемах, которые нависли над нашими с ним головами.

– Ещё и отец давит со своими наследниками. Ты же знаешь, что я не могу, – злюсь на ситуацию и на блондинок, которые Егора из игры вывели. Так хоть он мог ситуацию спасти, а что он сейчас из больнички сделает?

Хотя зная его, может и медсестричку какую-нибудь осчастливить. Но не с сотрясением.

Чёртовы блондинки! Ненавижу теперь этот цвет волос!

– Какие к чёрту дети, Вадим? – восклицает брат, скривившись и в этот момент став жутко похожим на меня. Или я на него.

Мы так и не определили, кто именно из нас старший. Мама сама нас в детстве путала. И даже она с вероятностью в девяносто семь процентов не скажет кто есть кто. И кто появился на свет первым.

– Наши с тобой, брат, – отвечаю ему с натянутой улыбкой. – Отец ясно дал понять, или наследники, или мы остаёмся ни с чем.

– Может остынет и забудет? Где я, а где дети? – резонно отмечает этот чертяга, который даже цветок мой за день угрохал. – Да и тебе пора уже открыться родителям и рассказать о себе.

Ни за что! Никогда!