Дрожащими пальцами начал тыкать в кнопки, постоянно промахиваясь. Что случилось со Стефанией? Что ж я за отец такой. Бесконечно долгие гудки… «Ну же, Кир, отвечай!» В голове рисовались картины одна страшнее другой. Почему всё так не вовремя: брат на конференции в Сочи, я в полутора часах езды от школы дочери, мой телефон сдох, даже не достать из памяти нужные номера.

– Алло, Кир, это я! Что случилось?

– Тебя где носит? Мне пару часов назад звонила Стефа вся в слезах. У них уроки закончились, а её никто не забрал. Я тут уже билеты в Москву собрался заказывать!

– Но Платон же должен был за ней приехать! Он знает её расписание. Ну и номер у Стефы в телефоне ж есть! – я растерялся.

– Платона в больницу с аппендицитом увезли! Не знаю, где тебя носит, но дуй за ребёнком, горе-папаша! Сейчас позвоню ей и скажу, что ты скоро будешь!

– Она в школе?

– В хуёле! Радуйся, её Мышь к себе забрала. Точнее, Маша. Скажи спасибо училке!

Брат бросил трубку.

– Стефания, что случилось? – подбежала к заплаканной девочке, сжавшейся в углу. А я-то пыталась понять, откуда источник звука. Девочка притаилась под школьной лестницей, сразу и не увидеть.

На зарёвнной мордашке такая грусть, что дыхание перехватило. Никогда не обращала внимания, что у этой маленькой девочки настолько взрослый взгляд. Ни слова не говоря, она продолжила вытирать слёзы, опустив глаза.

– Тебя кто-то обидел? Можешь мне всё рассказать!

Девочка только замотала головой. Кажется, догадываюсь, в кого она такая упрямая и скрытная. Вообще-то, странно, что малышка до сих пор в школе. Наш урок закончился больше часа назад, а я задержалась, подготавливая очередную стенгазету по заданию Борова. Надо отдать должное, наше с ним общение теперь сведено к минимуму, хотя всякий раз испытываю гадливость, глядя на его физиономию.

– Послушай, мне ты можешь доверять полностью. Хочешь, мы будем с тобой друзьями, которые смогут делиться друг с другом всем. Я вот сейчас до смерти хочу горячего сладкого чаю и бутерброд с колбасой! – призналась я, и от этой мысли в животе заурчало.

– С копчёной? – в глазах девочки мелькнул интерес. – А моя гувернантка не разрешает мне колбасу есть, говорит, что это вредно для моего организма. А я бы тоже съела хоть кусочек, у папы в холодильнике дома есть. Только вот меня никто не забрал домой. Может, меня разлюбили?

Мне стало не по себе. Просто так Волков не оставил бы ребёнка в школе. Каким бы человеком он ни был, но дочь любил всей душой. Значит, что-то случилось. Обычно за Стефанией приезжал водитель. У нас даже имелось письменное разрешение о том, что малышку может забирать именно он.

– А где дядя Игнат, ваш шофёр? Ты звонила папе или его брату Кириллу? – попыталась унять панику и говорить максимально спокойно.

– Да… – она вновь всхлипнула. – дядя Игнат не берёт трубку, у папы выключен телефон, а Кир в Сочи, мы с ним поговорили. Он обещал, что кто-нибудь приедет за мной. А теперь у меня телефон разрядился.

Что за фигня? У Волкова штат вышколенной прислуги, неужели никто не может забрать девочку, которая сейчас испугана и чувствует себя брошенной. Помимо волнения у меня вдруг появилась злость.

– Так, не переживай! Я всё решу! – пообещала, потрепав малышку по русой макушке.

Вытащив из сумки телефон, первым делом набрала Волкова старшего – абонент временно недоступен; следующим был номер Кира. Несколько гудков, длившихся целую вечность и его встревоженный голос наполнил динамик.

– Маша, привет! Слава богу! Какой же я дурак, что не додумался набрать тебе! Даже из головы выскочило, что ты в школе работаешь. Вот я олух! Тут проблема возникла: Стефку из школы забрать некому, она мне звонила, а я ж в командировке. Сможешь её найти? Только у неё почему-то телефон выключен. Я тут уже извёлся!

– Здравствуйте, Кирилл Олегович! Я как раз сейчас рядом с ней! – приветливо подмигнула девочке. – Может, объясните, почему за Стефанией никто не приехал?

– Оу-у-у-у… – мужчина явно не ожидал от меня такого тона. – У нас там косяки. Водитель в больничку загремел с аппендицитом, у горничной выходной, она в области у родственников, у Владлена что-то с трубой. Я и не знаю, что делать. Может…

– Ясно. Значит, так – сейчас я заберу её к себе домой. Будьте добры найти кого-нибудь, кто сможет за ней приехать. Предупреждаю, что с незнакомыми людьми не отпущу ребёнка! – я повесила трубку, даже не попрощавшись. Кажется, превращаюсь в злобную мегеру. Предыдущая Маша не позволила бы себе подобного тона. Но нынешняя была в холодном бешенстве!

– Ну что, красавица, готова к небольшому приключению? – протянула руку девочке. – Твой дядя разрешил, чтобы ты поехала ко мне, пока ждёшь кого-нибудь из взрослых, кто сможет отвезти тебя домой.