– Так, ты дома? Жива? Прямо сейчас тебе ничего не угрожает? Я через двадцать минут буду!

Спустя полчаса кто-то терзал мой дверной замок, параллельно барабаня ногой в дверь. Ломиться таким образом могут или коллекторы, или моя подруга. По всем прикидкам коллекторы должны объявиться чуть позже, у нас с братом есть в запасе месяц, чтоб отдать его долг.

Таня стояла на пороге с фирменной улыбкой в тридцать два зуба, декольте, открывающим взору её прелести четвёртого размера и бутылкой шампанского. Вот кому всё нипочём! Я завидовала подруге, её приспособляемости и выживаемости. Этакий одуванчик, растущий всем назло в трещине асфальта.

От этих мыслей и осознания собственной никчёмности я снова разрыдалась и убежала на кухню, попутно приложившись головой о дверь для пущей "красочности" дня.

"У-у-у, тяжёлый случай!" – Таня уже орудовала на кухне, гремела посудой, расставляла что-то на столе.

– Ну что, так и будешь в столешницу пялиться или поговорим? Тётя Таня приехала и сейчас всё порешает!

Я подняла заплаканные глаза, прямо перед моим лицом была рука с кислотными длинными ногтями, держащая стопку водки.

– А где же шампанское?

– Пей это, мне виднее!

После трёх рюмок по телу разлилась тёплая тяжесть, окутавшая меня, словно пуховое одеяло – напряжение отпустило— заплетающимся языком я наконец-то рассказала подруге о грязных домогательствах жирного борова директора, о долге брата и том, что с ним сделают, если он не вернёт деньги.

– И это проблемы? Нашла из-за чего голосить! Ну, подумаешь, начальник в уголке за попу полапал, а ты ему ещё и грудь покажи! – Таня потянула кофточку вниз, и без того игривое декольте стало вызывающим. – Глядишь, премию выпишут. Только таких долго на голодном пайке не продержишь! Придётся рано или поздно его ублажить. Зато есть все шансы для карьерного роста! Пара минетов и ты уже заместитель! Так, чего опять ревёшь?

– Но я его не хочу! Он отвратительный старый козёл.

– Ну, девочка, не всегда наши желания и возможности совпадают. Я, может, хочу трахаться с Бекхемом, а не хозяином рынка Ашотом. Это всё лирика, ладно! Давай-ка ещё по одной и я расскажу, как решить твою проблему с деньгами.

К концу бутылки я потеряла страх, инстинкт самосохранения и возможность контролировать себя. Подперев щëку рукой, я пыталась прислушиваться к щебетанию подруги по телефону.

– Да, Кирилл, девушка замечательно танцует. Внешне? Внешне привлекательна, всё при ней. Да, деньги ей очень нужны. Ой, спасибо, я бы и рада вернуться, но Ашотик категорически против!

Подруга нажала отбой и махом выпила рюмку, будто пытаясь загасить что-то внутри.

– Повезло тебе, Машка. Мои рекомендации ещё чего-то значат. Сейчас сброшу тебе номер хореографа клуба, к тренировкам приступаешь завтра, если всё нормально пройдёт, через пару дней будут полные трусы денег. А боссы какие будут, увидишь, потечёшь!

– Я не поняла ничего. Это действительно стриптиз-клуб?

– Да, лучший в городе. Завтра шуруй на эпиляцию всех зон.

– Не буду раздеваться ни за какие деньги!

– Это дело добровольное, там девчонки некоторые и не оголяются, но получают меньше. Решать тебе!

Ещё раз сверяюсь с навигатором, подозревая, что он привёл меня не туда: промзона, никаких вывесок. Но дорожка с хорошим асфальтом, обсаженная аккуратно подстриженными кипарисами кричала: "Ты на месте!" Я дёрнула массивную добротную дверь, которая распахнулась неожиданно легко, да так, – что я влетела в сумрачное прохладное фойе. Свидетелем моего позора стал охранник, который хмыкнул и поинтересовался: "Женщина, вы к кому?"

Меня, наверное, впервые назвали женщиной. Раньше я входила исключительно в разряд "девушек" и "деточек", спасибо моему невысокому росту и весу в 50 килограмм. Хотела оскорбиться, но вспомнила, что прибежала на пробы к хореографу сразу с работы: пучок, очки, юбка ниже колена – явно добавляли возраста.

– Меня ожидают! – независимо тряхнула головой и гордо пошагала внутрь, даже не спросив, где найти Нателлу Арнольдовну (идеальное имя для хореографа).

Музыка сама привела меня по адресу: за одной из дверей я обнаружила большой зал, в котором шла репетиция. Первое, что меня поразило – непохожесть девочек (в коллективы подбирали обычно танцовщиц примерно одного роста и телосложения), вторым непривычным моментом была вульгарная обувь на высоченных каблуках, даже самой невысокой из присутствующих я фактически "дышала в пупок". Как в этом можно хотя бы стоять? Про танцы я вообще молчу!

– И кто это у нас тут такой? Наш новый бухгалтер? Вам тогда через боковой вход и на второй этаж! – приподняв бровь, на меня смотрела потрясающе красивая женщина лет пятидесяти с идеальной осанкой и лебединой шеей.