Я чувствовала, как затряслись руки, а кровь отхлынула от лица. Хорошо, что успела нанести косметику, иначе сейчас точно не смогла бы ровно накраситься. Что ждёт меня в комнате для элитных гостей клуба? Девчонки уже ушли в зал, даже Ната, покачиваясь на высоченных каблуках, отправилась работать, кинув на прощанье обидное: «Сучка!» До часа Х оставалось пятнадцать минут, а мне казалось, что время остановилось: секунды стали вязкими и неспешными, словно пространство наполнилось густым киселём.

Проверив ещё раз, как сидит сценический костюм, – если пару кислотно-ярких кусочков ткани, обтянувших грудь и попку можно назвать этим гордым термином – вышла из безопасной тишины гримёрки. Сегодня придётся обойтись обувью на низком ходу: ботики на шпильке пусть лежат до той поры, когда полностью пройдёт нога. Если эта пора наступит, конечно, а меня не выгонит суровый босс.

Внутри вип-комнаты было темно, негромкая музыка приятно обволакивала звуками – какой контраст с обычной вакханалией клуба. Я прищурилась, стараясь различить того, для кого придётся танцевать.

– Повернись, – глубокий голос звучал тихо, но твёрдо. Густой, пропахший вишнёвым табаком полумрак скрывал лицо говорившего, и только красный огонёк сигареты мерцал во тьме.

Я подчинилась, двигаясь медленно, точно во сне. Ноги дрожали и норовили подогнуться. Сердце бешено колотилось в груди.

– Сними юбку, – велели мне. – Только медленно. Хочу взглянуть, так ли хорош твой зад, как мне показалось.

От этого голоса тело покрылось мурашками. Смесь страха и возбуждения лишали способности пошевелиться. Сглотнув, я стянула юбчонку, оставаясь в спортивных шортиках, совершенно не подходящих для данного места. По коже побежали холодок. А может, я просто ощущала, как чужой взгляд скользит по ягодицам. Мне вдруг стало зябко, и я судорожно обняла себя руками.

– Не закрывай грудь, – мгновенно раздалось сбоку. Голос… Это был другой голос. Ещё один! Чей?

– Мы её ещё не рассмотрели! – вновь баритон Владлена.

Мы? От испуга я чуть не грохнулась. Мы? Что значит, мы?

– Не волнуйся, – теперь в голосе звучала усмешка. – Это всего лишь Кир. Вы с ним уже знакомы, причём весьма близко, если верить его словам. А теперь танцуй. Ты ведь для этого сюда пришла.

Хотелось разрыдаться в голос. Они издеваются? Я пришла, чтобы спасти непутёвого брата от разборок с бандитами, а не вот это вот всё! Но… Как сказала Таня, у всего есть своя цена. Видимо, цена жизни брата – моя честь. И сегодня, похоже, придётся с ней проститься. Но ничего плохого не произойдёт? Никто не узнает! Ваня будет спасён, а я… Неважно, что будет со мной.

«Соберись, – сказала себе твёрдо. – Возможно, это самое невероятное, опасное, непотребное и яркое событие твоей никчёмной серой жизни!»

– Включите музыку громче, – попросила я и удивилась твёрдости собственного голоса.

Кто-то из двоих хмыкнул, и знакомая тягучая мелодия полилась из скрытых темнотой динамиков. Привычные движения. Всё, как учила Нателла Арнольдовна: плавное покачивание бёдрами, проход вокруг пилона, глубокий прогиб, поворот, резкий наклон и вновь подняться, поглаживая ногу, пара простых круток. Огонёк сигареты застыл и не двигался. Смотрящие не переговаривались. Не хмыкали. Смотрели внимательно. Следили за каждым шагом.

«Я вам устрою настоящее шоу!» – мной овладело бесшабашное чувство лёгкости. Легко и уверенно сделала несколько подлазов по пилону, оказавшись под самым потолком. Теперь важно было правильно рассчитать расстояние до пола. До этого срыв делала лишь под присмотром хореографа и в освещённом помещении. Выдох-вдох, я грациозно сложилась в позу «эмбриона», обняв себя руками за колени, вжавшись в холодный шест. «Давай, ты сможешь!» – в следующую секунду вытянула руки и, влекомая бессердечной гравитацией, полетела вниз, вновь сгруппировавшись уже перед самым полом.

Испуганный вздох, раздавшийся с двух сторон подтвердил, что моему зрители впечатлены.

Внезапно музыка остановилась, и комната погрузилась в тревожную тягучую тишину.

– Достаточно, – прохрипел глубокий баритон. – А теперь подойди. Ближе. Ещё.

– Ну что, брат, кто будет первым? Монетку бросим? – плюхнулся на диван рядом с Владом и откинулся на спинку, посмотрев на жмущуюся в сторонке Мышь, ожидающей нашего решения. Несмотря на то, что произнёс это тихо, она дёрнулась и округлила глаза, забавно ойкнув. Я физически ощущал её волнение. И это заводило его не на шутку.

Маша была не похожа ни на одну из тех, с кем я обычно проводил время. Хрупкий невинный цветочек, который так и хотелось сорвать. А ещё, она училка. Эротическая фантазия любого самца, начиная от прыщавого задрота и заканчивая престарелым ловеласом. Надо было заставить её надеть ту юбку и блузку, в которой была в школе. И, конечно, очки. Я чуть не зарычал, представляя, как кончаю на симпатичную мордашку, и сперма забрызгивает линзы.