– Я не назвал бы это срочным, но вам двоим стоит вернуться как можно скорее.

– Если есть какая-то проблема, ты мне лучше сейчас скажи, – потребовал мой властный Великий Волк, снова взяв меня за руку, когда мы опять двинулись в путь, на этот раз быстрее, направляясь прямо к нашему дому. – Что-то с детьми?

– Это… – Мой дядя прочистил горло. – С детьми все в порядке. Увидите, когда придете. – Звонок оборвался, и я чуть не рассмеялась оттого, что он бросил трубку.

– Что это было? – спросила я, пытаясь подумать и придя лишь к одному выводу: – Считаешь, снова вдруг объявился его брат?

Его брат. Мой биологический отец. Человек, отношения с которым у меня были далеко не такими близкими, как с дядей Фрэнки, но… стоило отдать ему должное, последние пару лет он по-своему пытался изо всех сил завоевать наше расположение.

Как и можно было предположить, бог смерти был навязчивым и упрямым, ведь он привык, что все всегда было так, как хотел он.

Генри отрицательно покачал головой.

– Нет, я не чую его здесь. – Он вдруг нахмурился, его ноздри раздулись и сдулись, но выражение лица не изменилось. – В воздухе что-то поменялось.

– Пахнет огнем? Я ведь так и знала, что Мэтти не следовало рассказывать им ту историю, как мы пытались разжечь костер и спалили себе брови.

Генри усмехнулся, и мое беспокойство на миг улеглось.

– Огнем не пахнет, – заверил он меня, снизив темп и наклонившись. Он нежно и сладко поцеловал меня, его язык прошелся между моих губ, а потом он нагнул голову и поцеловал меня чуть глубже.

Я застонала.

Он застонал.

Он никогда не дурачился, целуя меня, это точно.

Его успокаивающие руки снова обвили меня и прижали к груди. Он потерся щекой о мою шею, дыхание из его ноздрей – мой любимый вид щекотки.

– Мы договорим об этом чуть позже.

Я улыбнулась и поцеловала его в плечо, а потом горло. Сейчас от него пахло даже еще лучше, чем несколько лет назад.

– Ты чертовски прав, еще договорим.

Его взгляд говорил о том, что он не забудет об этом. Хотя я все равно не позволила бы ему это сделать.

Мы почти дошли до дома, когда Генри снова принюхался.

– Я чую Паскаля, но след не свежий.

– Он заходил сегодня днем. Принес мне подсолнухов и сказал, что я выгляжу красивой. – Я улыбнулась. – По-моему, тебе придется нарычать на него.

Генри усмехнулся.

– Мелкий засранец.

Я моргнула.

– Он все никак не забудет, что обязан тебе жизнью… уже сколько раз? Десять?

Наверное, уже больше, но кто же считал? Пожалуй, все, кроме него. Паскаль был сущим наказанием – самой большой головной болью из всех их. При этом он, как и всегда, был таким славным, что компенсировало все седые волосы, которыми он наградил столь многих людей – в основном своих родителей и меня. Генри оказался на четвертом месте.

Ему повезло, что он был таким милым.

Но мне повезло еще больше, подумала я, снова взглянув на Генри.

Мы связали свои жизни в первое же полнолуние после окончания моего трехмесячного срока, под ясным звездным небом, прямо возле священного волшебного водопада с розово-лиловой водой. Большую часть церемонии, которая проходила в присутствии старейшин, моих родителей, адских гончих, Мэтти, Сиенны, Агнес, Рэндалла, Эни и ее супруга, я держала Данкана на руках. Моим родителям, адским гончим и Сиенне пришлось поклясться, что они никому не расскажут о водопаде, – к счастью, все они с охотой согласились на это.

Та ночь была самой прекрасной в моей жизни и официальным началом того, что мне было нужно, а я и не подозревала об этом, – большой семьи. Но именно это и случилось. После церемонии Генри, Данкан и я подошли к Агнес и спросили, не хочет ли она жить с нами. Ее первым ответом был отказ, но через неделю она передумала.

Она и не подозревала, что мы уже обустроили комнату для нее.

И это стало началом нашей новой семьи.

Самым старшим членом нашей семьи был Франклин, за которым следовали братья-гончие, полтора года назад, к нашему удивлению, переехавшие на ранчо после того, как три раза приезжали сюда в гости, но потом решившие оставить жизнь на Аляске, чтобы быть ближе к «младшему братику». Старейшинам потребовалось несколько обсуждений и разъяснение нюансов в правилах общины, прежде чем братьям дали зеленый свет и они поселились здесь, но все в итоге получилось.

Все они проводили кучу времени у нас дома, который находился ближе всего к клубу, что было весьма логично с учетом того, как все полагались на Генри, даже если он меньше часов работал в качестве заместителя шерифа и на ранчо. Я как могла помогала ему, увязываясь за ним каждый раз, когда не работала или не занималась с детьми.

Последние три года я не променяла бы ни на что на свете.