– Отлично, – он кивает. – Умоемся, быстро позавтракаем – и поедем.

– Ладно, – соглашаюсь я, одновременно бронируя слот.

Через два часа мы уже в клинике, ждем, когда нас вызовут... нас – потому что одна я в кабинет не пойду. Страшно.

И когда из кабинета выглядывает медсестра, чтобы приветливо улыбнуться и сказать:

– Дарья Владимировна, проходите, – я первым делом вцепляюсь в руку Матвея...

59 глава

Мы с Матвеем, взявшись за руки, переступаем порог врачебного кабинета.

– Здравствуйте, Дарья Владимировна, – улыбается мне мой эндокринолог.

– Здравствуйте, Руслан Альбертович, – отзываюсь я, чувствуя, как дрожит голос.

– Добрый день, – кивает ему Матвей.

– Вы, я смотрю, с поддержкой... – говорит врач. – Правильно, это правильно...

Что значит – это правильно?!

То есть, мне и правда потребуется поддержка?!

Значит, все очень плохо?!

У меня рак?!

Я умру?!

Руслан Альбертович, видимо, замечает, как я мгновенно бледнею, и быстро делает шаг мне навстречу, берет за трясущиеся ладони:

– Дарья Владимировна, я не имел ввиду ничего плохого! Просто поддержка – это очень хорошо! Меня радует, когда пациенты приходят с мужьями и женами, с родителями, с выросшими детьми! Значит, они дороги и важны кому-то! Разве это не замечательно?!

– Замечательно, конечно, – киваю я. – Но...

– Но волноваться не о чем, – говорит он, прерывая мои страшные мысли. – У вас нет рака, Дарья Владимировна. Опухоль не злокачественная. И судя по биопсии, нет никаких предпосылок к ее озлокачествлению. Все хорошо.

– Боже, – я с облегчением выдыхаю, чувствуя, как огромный груз сразу сваливается с плеч.

Следующие несколько мгновений – как во сне.

Я обнимаю Матвея, а потом и Руслана Альбертовича.

Мужчины о чем-то переговариваются, смеются... я даже не различаю слов.

Когда наконец прихожу в себя, понимаю, что уже сижу напротив врача, и он проводит осмотр, прощупывает мою шею.

– Будем делать УЗИ каждые полгода, чтобы наблюдать динамику образования, – говорит Руслан Альбертович. – Не хочу вас пугать, но важно понимать: всегда есть вероятность, что опухоль придется рано или поздно удалить... если она будет расти, то начнет мешать соседним тканям и органам.

– Понимаю, – киваю я.

– Но волноваться не о чем. Потому что, во-первых, она маленькая, и прямо сейчас мы начнем гасить ее препаратами, вероятнее всего, она останется в нынешнем состоянии на долгие-долгие годы. А во-вторых, даже если придется делать операцию, она будет небольшой, непродолжительной, с быстрым и легким восстановлением.

– Ясно, спасибо.

– Сейчас самое важное – это успокоиться, расслабиться, сосредоточиться на здоровом образе жизни и психологическом комфорте...

– Не так-то это просто будет, – хмыкаю я.

– Почему же?!

– Я в процессе развода.

Руслан Альбертович бросает удивленный взгляд на Матвея, и я с улыбкой уточняю:

– Не с ним.

– С ним, возможно, она наоборот поженится, – шутливо говорит Матвей.

В этот момент удивленный взгляд на него бросаю уже я.

Ну а Руслан Альбертович усмехается в длинные усы:

– Все с вами ясно... Ну, Дарья Владимировна, придется постараться. Гоните вашего бывшего мужа, ваш источник стресса, куда подальше.

– Будет сделано, док, – улыбаюсь я.

– Я прослежу, – добавляет Матвей.

Когда несколько минут спустя мы с Матвеем, попрощавшись с доктором, выходим из кабинета, я спрашиваю:

– Что это было?!

– Что именно?! – уточняет он, хоть и прекрасно понимает, о чем я.

– Про «поженимся».

– Ну... а почему нет?!

– Ты мне сейчас что, предложение делаешь?! – офигеваю я. – Мы знакомы... сколько?! Месяц?!

– Да, и что?! – удивляется Матвей. – Мне хорошо с тобой, а тебе – и даже не спорь! – хорошо со мной.

– Но мы даже не знаем, получится ли у тебя открыть в Сочи успешный бизнес...

– Получится, – говорит он уверенно. – Ты у нас вечно во всем сомневаешься и боишься, но я – другой. Я всегда твердо верю в то, что если приложить максимум усилий, то все будет именно так, как задумано. Кстати, в том числе и поэтому я нужен тебе. Я даю тебе уверенность в завтрашнем дне.

– А что я даю тебе?!

– То же самое, – улыбается мужчина. – Только иначе. Через твою силу духа, так изящно проступающую через ранимость и нежность. Через твою смелость, несмотря на страх. Через то, как ты доверилась мне, несмотря на то, что мы были знакомы всего ничего... Я верю, что вместе у нас все получится.

– Я тоже верю, – признаюсь наконец. – Но чтобы пожениться...

– Нужно время, – соглашается он. – И мы не женимся прямо сейчас. Но я хочу, чтобы ты знала: планы у меня именно такие. Серьезные. Я хочу строить с тобой серьезные отношения, я хочу семью.

– С ума сойти, – говорю шепотом, чувствуя, как буквально за полчаса перевернулся мой мир.