«Как же я его ненавижу!» — подумала она, чувствуя, как от его пальцев по телу разливаются волны озноба и жара. Тело не слушалось разума. Тело помнило его запах в машине, его пальцы на своей шее. От этого еще больше хотелось сбежать.

При этом ей было ужасно стыдно перед Борисом Всеволодович. И они продолжали этот ужин-спектакль. Как ни странно, старый альфа и не думал злиться или разочаровываться.

— Нет силы, вот как? — улыбнулся он и радушно продолжил: — Зато у нас ее в избытке. Думаю, мой сын сделал правильный выбор. Делиться силой и теплом благородно.

Полина подняла на него удивленные глаза. Похоже, старик всерьез решил женить сына. На ком угодно, лишь бы на оборотне.

— Но ты не думай, что у тебя совсем нет силы, — продолжил Борис Всеволодович, понижая голос. — Такого не может быть, если ты настоящий оборотень, ведомый духом волка, а не мутант... ну знаешь, в девяностые на Землю попали технологии Бенаама, которые меняли некоторых людей.

О да, Полина знала!

Она слышала эту историю от родителей, потом от других оборотней. В начале девяностых из космоса действительно упала капсула с инопланетными технологиями. Капсула разгерметизировалась, и энергия Бенаама, чужой далекой планеты, разлилась по миру, вызывая мутации и нарушив выстроенную веками иерархию магических существ. Появились люди, которые внезапно обрели способность обращаться в зверей. Но их не считали настоящими оборотнями, даже несмотря на силу. Для древних родов они оставались мутантами и фальшивками. Они не умели колдовать, только частично обретали черты того или иного зверя.

Полина знала, что она не относится к числу этих существ. Она родилась оборотнем, в семье оборотней, от чистокровных родителей. Но силы в ней не было. Ни тогда, ни сейчас.

И она не могла взять в толк, о каком пробуждении твердил старик.

— Спит она, — вдруг сказал Борис Всеволодович, будто прочитав ее мысли. — Сила спит. Но это не значит, что ее нет.

Полина смотрела на него, забыв про роль, про ужин, про все. Старый альфа смотрел в ответ — и в его глазах не было ни капли сомнения.

— Вы правда так думаете? — вырвалось у нее.

Он усмехнулся.

— Я, девочка, много оборотней на своем веку повидал. Разных. И сильных, и слабых. И тех, кто силу прятал глубоко внутри, потому что боялся. И тех, у кого она просыпалась поздно, но зато как просыпалась! — Он многозначительно поднял указательный палец. — Ты не мутант. Ты чистая. А значит, сила есть. Просто ждет своего часа.

Полина молчала, не зная, что ответить. Слова старика отзывались в ней странным теплым эхом. Никто никогда не говорил ей такого. Никто не верил в нее.

— Спасибо, — прошептала она.

Игорь рядом с ней чуть заметно напрягся. Полина почувствовала это плечом, с которого он так и не убрал руку. Показалось, он испугался и даже брезгливо скривился.

— Ешьте давайте, — поторопился он. — Ужин стынет.

Борис Всеволодович хохотнул и охотно взялся за вилку.

— А! Так это просто говядина! — радостно провозгласил он, глядя на замысловатую конструкцию на тарелке. — Ну затейники, ну авангардисты!

Полина смотрела в свою тарелку, в узоры соуса и выложенные в форме импровизированных штрихов элементы салата, и думала о том, что этот вечер перестал быть просто спектаклем. Что-то сдвинулось. Что-то важное. Возможно… Борис Всеволодович пробудил давно похороненную глубоко в сердце надежду.

И Полина не знала, радоваться или бояться.

* * *

Через три дня после ужина с Борисом Всеволодовичем Полина уже стояла с маленькой дорожной сумкой перед дверью пентхауса с видом на набережную и пыталась унять дрожь в коленях.

Сумка оказалась смехотворно маленькой для переезда — старенький ноутбук, пара джинсов, несколько футболок, кое-что из белья, косметичка, зарядка для телефона и три бруска мыла ручной работы, завернутых в крафтовую бумагу. Все ее имущество умещалось в один жалкий баул, а Игорь Волков-Борейский владел элитной недвижимостью в центре Москвы. Насколько же она не подходила для роли его фиктивный жены!

Но Игорь считал иначе: утром ее забрал от дома присланный им водитель. И теперь дверь открылась прежде, чем она успела позвонить. Будто хозяин пентхауса почувствовал ее приближение.

Игорь стоял на пороге в черных домашних брюках и мягкой серой футболке, с влажными после душа волосами. Без пиджака, без галстука, без своей деловой брони он выглядел... почти нормальным. Почти обычным мужчиной.

— Заходи, — вкрадчиво бросил он и отступил в сторону.

Полина переступила порог и замерла.