Бешеный усмехнулся. Усмешка вышла жутковатой — слишком широкой, слишком звериной. И слишком отчетливо обнажились острые длинные клыки. Сверху и снизу. Казалось, еще миг — и он целиком обратится в крупного волка.

— Как скажешь. — Он сунул руки в карманы куртки. — Я приехал сообщить: за тобой слежка, братан. Клык даю! Слежка!

Игорь напрягся. Полина видела, как начали перекатываться желваки на его скулах.

— Тоже чую. Но с чьей стороны?

— А вот этого пока не знаю. — Бешеный пожал плечами с напускной ленцой. — Но «хвост» профессиональный. Не полиция, не спецслужбы. Не люди. Кто-то из наших.

— Из оборотней?

— Или магов. — Бешеный прищурился. — Магический след чую, но там намешано разного — не разберешь. Пытаюсь понять, кто это. А ты тут... — Он перевел взгляд на Полину, и в желтых глазах мелькнула тень угрозы. — ...поаккуратнее с новыми знакомыми.

Полина похолодела. Она хотела возразить, сказать, что она вообще-то не «новая знакомая», а случайный курьер, которого втянули в это безумие. Но язык присох к небу.

— Она чиста, — отрезал Игорь, и голос его прозвучал твердо, почти жестко. — Я проверил.

— Успел уже? — Бешеный хмыкнул. — Быстрый ты, однако.

— Не в том смысле!

Игорь не пояснил, в каком именно. Но Бешеный понял. Усмехнулся снова, покачал головой.

— Патрулируй периметр! — приказал Игорь. Очевидно, Бешеный был из его клана, но таких сородичей явно не приглашали в приличное общество.

— Периметр... Чутье мне подсказывает, что у тебя внутри «крыса». Ну, ладно, бывай, — отсалютовал Бешеный. — В полнолуние не забудь цепочку подлиннее. А то в прошлый раз я чуть твою личную помощницу не сожрал. Лильку эту расфуфыренную.

— Иди уже. — Игорь поморщился.

Бешеный расхохотался и прыгнул обратно на мотоцикл. Через минуту снова взревел мотор, унося всадника в сторону набережной. Он развернулся, но Полина вдруг поймала себя на том, что смотрит ему в спину.

Бешеный прыгнул на мотоцикл, и через секунду его уже не было — только доносился рев мотора, быстро стихающий вдали.

— Это... кто был? — выдохнула Полина, когда звук окончательно растаял.

— Друг, — коротко ответил Игорь. — Хороший боец клана. И самая большая головная боль. Ярослав, Яр. По прозвищу Бешеный.

— Он сказал «в полнолуние»... — Полина сама не знала, зачем спросила. — Он что, опасен?

— Опасен. Особенно для врагов. — Игорь посмотрел на нее тяжелым многозначительным взглядом, но тут же отвернулся. — И для тех, кто не вовремя под руку подвернется. Особенно у него «башню срывает» в полнолуние. Из-за таких, как он, и появились легенды об оборотнях. Возможно, это что-то на… генетическом уровне, что-то не так с превращениями и психикой. В полнолуние мы его... ну, скажем так, фиксируем.

— Приковываете?

— Вроде того.

Полина сглотнула. Мир оборотней, за которым она все больше наблюдала со стороны, вдруг оказался слишком близко от нее. Она только доставила букет, а оказалась втянута в сложные разборки кланов. Похоже, среди проблем Игоря фиктивная женитьба была не самой серьезной, если Бешеный говорил про слежку и «крысу» в окружении вожака. При таком раскладе быть женой альфы даже за большие деньги становилось не очень безопасно. Но Полина уже согласилась.

— Садись в машину, — Игорь открыл перед ней дверцу. — Поговорим по дороге.

Полина послушно села, бережно поставив коробки с цветами в багажник. Салон машины оказался огромным, затянутый светлой кожей, пропахший дорогим парфюмом и… ароматом хозяина. Стоило ей робко устроиться на пассажирском сидении, этот аромат заполнил все вокруг.

Игорь сел за руль и завел двигатель. Машина плавно тронулась с места. И тогда, казалось, запах ударил в полную силу.

Тот самый! Который Полина впервые почувствовала накануне в кабинете. Который преследовал ее всю ночь, въелся в волосы, в одежду, в сны. Только теперь он был в тысячу раз сильнее — потому что пространство салона заперло их вдвоем, как волков в тесной клетке.

Горьковатый, терпкий, с нотками дыма и хвои. И под всем этим — лес. Дым. Зверь. Древнее, дикое, необузданное.

Полина дрожащими пальцами вцепилась в ручку дверцы. Дышать стало трудно. Каждый вдох наполнял легкие им . Только им. Это было сладко и мучительно одновременно! Тело отзывалось помимо воли. Мурашки бежали по коже, сердце колотилось все быстрее, и внизу живота разливался тяжелый тянущий жар.

«Не смей, — приказала она себе. — Не смей».