Но идеальный вариант, которого придерживаюсь я – не упасть вообще.
Словно в насмешку, плечо вновь простреливает болью, а рука от спазма слабеет, расслабляясь.
Млять!
Люба летит на кровать, уволакивая меня за собой и поворачивая к себе.
Вот же кобылка! С виду маленькая, худенькая, а тянет со всей силы!
Еле успеваю вытащить из-под неё руку.
Она падает на живот, а я лечу следом за ней, упираясь ладонями в матрас по обе стороны от её головы. И хорошо, что среагировал! А то рухнул бы на неё, придавил – и всё.
Её потенциальная дочка осталась бы без родительницы.
– Простите, я такая растяпа! – верещит, уткнувшись лицом в матрас.
– Это я слабак, не удержал, – усмехаюсь. И вообще, если бы не игрушка Джека – всё было бы нормально. Когда он её сюда притащил? Так скучает по мне, что приходит играть в место, пропитанное моим запахом?
Он всегда так делал.
Думаю об этом, и тепло в груди растекается. Как только всё закончится, накуплю тебе вкусняшек, Джек.
Неожиданно слышу звук открывающейся двери и тихий голос Вероники:
– Может, сделать вам ча?..
Столбенею.
Ника обрывается на полуслове. И я понимаю, почему.
Поза у нас двусмысленная.
Отталкиваюсь от кровати, выпрямляясь в полный рост.
И глаза лезут на лоб, когда всё же сбывается моё предсказание. Люба, упав вперёд, отделывается малым – всего лишь задранной юбкой.
Но мне плевать на неё.
Представляю, как это выглядит со стороны…
Вот чёрт!
Я знаю, что это случайность и девушка ни капли меня не заводит. А вот Вероника…
Устремляю взгляд на растерянную и потухшую жену.
Млять. И почему всё так вышло?
Глава 60
Вероника
– Я… – от шока не знаю, что сказать. – Простите, что помешала.
Тут же делаю шаг назад, закрыв за собой дверь.
Стою ещё несколько секунд, держась за ручку.
Что это было?..
В тумане отпрыгиваю от двери.
Не хочу верить в увиденное. Может, мне показалось? Нет, не могло. Я точно разглядела, как Люба лежала с задранным платьем, а Леон нависал над ней…
Слёзы подступают к глазам.
Не накручивать себя, не накручивать!
Никто и никому ничего не обещал! Да, неделя была замечательной, пропитанной атмосферой романтики, нежности, но это не значит, что между нами что-то есть!
Но всё равно тяжко принять подобное, учитывая, что Леон все эти годы носил обручальное кольцо. И продолжает это делать, снимая лишь на тренировки. Неужели это ничего не значит?
Должно же быть какое-то логическое объяснение случившемуся?
Главное, не действовать на эмоциях…
Мысленно я уже пакую чемоданы. Вылетаю из квартиры, перехватываю Пуговку у няни и еду к бабушке. За эту неделю её выписали, и мы наняли ей сиделку. Отправимся к ней и отсидимся тихонько.
– Ника-а-а, – опасно тянет мужской голос у меня за спиной. Я сбегаю по ступенькам. Представляю себя паркурщиком, хочу перепрыгнуть через диван, но шустрый Новак догоняет меня, хватая за запястье. Притягивает к себе, разворачивая и вбивая в своё тело.
По закону жанра, я должна вырываться, истерить, кричать, что он подлец, который вешал мне лапшу на уши, но… Я жду, чёрт возьми.
Однажды он поверил мне, когда увидел меня и Ворохова в туалете. Выслушал. И ввязался во всё это. Поэтому… теперь выслушать его должна и я, даже если правда окажется горькой.
Пусть. Я выдержу.
– Всё не так, как ты подумала, – говорит он спокойно, размеренным голосом. Не поддаётся панике и не нервничает. – Да, это выглядело двусмысленно. Но она просто споткнулась на игрушке Джека. Полетела вперёд. Я решил её поймать, но после тренировки тело не слушается. Не поверишь, но я её уронил и сам упал. А платье… Ну, физика, мать. Больше объяснений у меня нет.
Пытаюсь это представить. Выглядит правдоподобно. Даже больше, чем моя сцена в туалете с тем отморозком.
– А что-то до этого у вас было? – единственное, что меня интересует.
– Словесно, – кивает он. – Аркадий предлагал мне её, как вариант фиктивной жены.