От этой мысли сердце пропускает удар, но потом я улавливаю знакомый голос, выкрикивающий приказ. Он вроде несётся со второго яруса…
Жив! Пригибаясь ещё ниже, я аккуратно двигаюсь навстречу голосу. Пока что меня прикрывает тень деревьев, да и враги заняты сражением… но скоро придётся выйти на открытое пространство…
Или не придётся? Ведь, может, моя помощь и не понадобится… Может, я просто понаблюдаю с безопасного расстояния? А ещё лучше, отдам кулон кому-нибудь из солдат принца, чтобы передал по назначению.
«Катя, ты сошла с ума. Убирайся отсюда пока можешь! Чудо, что тебя ещё не заметили!» — говорю я себе.
Неожиданно, истошно вопя, с башни падает культист, его голова с противным хрустом ударяется о камни. От нервов у меня дрожат поджилки, и руки ледяные. Сейчас упал враг, а следующим может быть…
— Вот так сюрприз, — раздаётся позади, я резко оборачиваюсь. И вижу ухмыляющегося культиста, что натянул тетиву и целит мне прямо в грудь. Чёрный наконечник стрелы влажно поблёскивает в свете огня.
Глава 23
— Ну, здравствуй, — ухмыляется маг, и я замечаю, что зубы у него чёрные, как обгорелые пеньки. Глаза безумно сверкают в тени капюшона. Невольно вспоминаю, что за чёрную магию нередко расплачиваются внешностью и разумом… Культист тянет носом воздух, ухмылка его становится шире:
— А-ты, поди, из наших… Вон, как фонишь, аж глазам щекотно. Только вот я тебя не помню, да и одета странно… Неужто перебежчица? Псинкам помогаешь? Не ты ли им подсказала, где камень магический нужно искать?
Наконечник стрелы прыгает вверх-вниз, я слежу за ним и думаю-думаю- думаю…
— С чего бы мне помогать оборотням? — говорю пересохшими губами. — Они же нас не терпят. Да и не стали бы они принимать ничью помощь.
— Однако на тебе их доспех.
— Одела, чтобы смешаться с ними, чтобы обмануть… глупых псин. Да и шансов выжить прибавится.
Культист щурит глаза, жуёт губами, а потом опускает лук, но не успеваю я выдохнуть, как он снова вскидывает своё оружие. Его взгляд приковывает точка на моей груди.
— А что у тебя под доспехом, а? — с подозрением спрашивает он. — Неужто слеза нашей матери-сотворительницы? Ну-ка, достань…
Я невольно отступаю, прижав руку к спрятанному под доспехом камню. Культист не добро хмыкает и натягивает тетиву до предела. Я уже прощаюсь жизнью, как вдруг из тени леса раздаётся волчий рык и на культиста набрасывается чёрно-рыжий волк с разноцветными глазами.
Он вцепляется магу в шею и мотает пастью так, что во все стороны брызжет алая кровь.
Крик культиста тонет в бульканье. Отпущенная тетива выталкивает стрелу в сумрачное небо. Я понимаю, что спасена. Но также понимаю, что вряд ли Ри позволит мне добраться до принца.
— Спасибо, — шепчу, а сама уже бросаюсь прочь. Бегу вдоль деревьев, не решаясь выйти на открытое пространство, а у самой сердце колотится так, словно вот-вот проломит рёбра. Я вижу вход в башню и неожиданно понимаю, что он свободен. Бой сместился дальше, к дальней кромке леса. Поблизости я никого не вижу.
«Это мой шанс!» — решаю я и бегу к лестнице. Успешно проскальзываю на неё и тут же прижимаюсь к стене. От камня башни так и веет холодом, точно это не камень вовсе, а лёд. Выдыхаю напряжение и начинаю подниматься.
Несмотря на страх, ноги упрямо двигаются вверх по лестнице, преодолевая высокие ступени. Запах гнили в башне невыносим, а воздух словно гуще, плотнее, приходится дышать через усилие.
У самого входа на второй этаж приходится замереть. Чуть правее от двери, скрючившись, лежит культист. И глядит прямо на меня. Одной руки у него нет, лицо залито кровью. Похоже, не жилец…
— Эй, — через силу хрипит он: — Тебя-то она и ждёт, — и заходится то ли кашлем, то ли смехом. Бледные губы человека мучительно кривятся от боли.
«Бредит», — решаю я, сглатывая вставший в горле ком. Аккуратно подхожу так, чтобы культист не смог дотянуться. Толкаю дверь. Та поддаётся легко, открывается без единого звука. Я прохожу внутрь и оказываюсь в квадратной пустой комнате, где лишь на одной из стен висит огромное зеркало в литой раме.
В конце комнаты вижу дверь. В три шага преодолеваю расстояние до неё — толкаю. Ничего. Прикладываю ухо и слышу с той стороны звуки боя. Значит я двигаюсь верно! Но сколько бы я не пробовала открыть дверь — та не поддаётся, стоит как влитая.