В какой-то момент послышался треск ткани. Не отрывая своих губ от моих, Оскар дергал за молнию платья на спине.

Разум подал слабенький писк, но его быстро смело волной удовольствия, ведь я сходила с ума, таяла от того, как Оскар касается меня и целует.

На талию опустились его руки, и меня куда-то понесли. Я оперлась обо что-то твердое. Сопротивляться не стала, хоть острый край комода и врезался мне в пятую точку.

— Оскар, — прохрипела я, — м-м-м…

И дальше только удовлетворенно мурчала, пока Адамасов срывал с меня платье, которое отчаянно противилось своей печальной участи.

— Что за напасть? — Оскар прорычал это очень сексуально, вынужденный остановиться. — У тебя что, какой-то конфликт с молниями?

— Нет у меня никакого конфликта, — буркнула я, аккуратно заводя руки за спину и проделывая манипуляции с молнией.

Под мои недовольные ворчания Оскар с рыком перевернул меня спиной к себе.

Не мог он терпеть, да и я тоже сгорала от нетерпения быстрее оказаться ближе к Оскару.

Он буквально рвал на мне чертово платье, которое в итоге упало с тела и лужицей растеклось в моих ногах

— Полегче, босс, — хихикнула я.

Но смешок застрял в горле, а затем и вовсе потонул в стоне, стоило Оскару нагнуть меня так, что я уперлась ладонями в кровать.

Замерла, когда он прикоснулся горячими губами к спине и принялся вести дорожку поцелуев вдоль позвоночника.

М-м-м.

Это было неожиданно, но чертовски приятно.

Глаза закатились под веки, тело забилось в судорогах. Я изогнулась и тихо застонала, сминая пальцами покрывало. Так же, как Оскар сминал в своих в руках мои ягодицы. Больно. Собственнически. До дрожи.

Он смачно шлепнул меня по заду, отчего я вскрикнула и повалилась на кровать. Быстро перевернулась на спину и мечтательно вздохнула, глядя на него с удовлетворением. На то, как он в спешке срывал с себя одежду.

Пиджак полетел в сторону, следом и рубашка оказалась на полу.

Когда пальцы его легли на пряжку ремня, я осмелела, превратившись в игривую кошку. Подняла ногу и уперлась ступней в каменный стояк. Мысленно простонала.

— Хулиганишь, Радка? — Оскар рыкнул, за ногу меня поймал и потянул на себя.

И то ли он перестарался, то ли шелковое постельное белье подо мной было слишком скользким.

Я соскользнула с кровати и шмякнулась на пол. Прямо у ног Оскара.

Подняла голову, встречаясь с убийственным желанием, таящемся в его глазах.

— Это намек какой-то? — обратилась к своему герою-любовнику, оказавшись в весьма опасной позе. Мое лицо находилось аккурат напротив его возбужденного паха. Так он еще и бедрами провокационно качнул. — А больше ничего не удумал?

— Не сегодня, скромняшка, — проурчал Оскар, подавая мне руку и помогая усесться на край кровати. — Сегодня у нас в вечерней программе значится другое энергозатратное мероприятие.

— Так это и есть тот самый сюрприз? — указала я на его кровать.

Голодный взгляд Оскара блуждал по моему телу, а дыхание его стало тяжелым и порывистым. Грудь резко поднималась и опадала.

— Если честно, я планировал отвести тебя в одно место за звездами понаблюдать. Можем, конечно, отложить мероприятие на потом, и пойти посмотреть. Вот только с “парусом” нужно что-то сделать, — кивнул вниз, на выпирающую ширинку.

Сильной дрожью пробрало все тело, пульс зашкаливал уже, а внутри накапливалось чудовищное напряжение, требующее немедленно его снять.

— Знаю я один действенный способ, — дрожащим голосом вернула ему его же слова, сказанные мне в охотничьем домике.

Оскар заинтригованно хмыкнул, а я, вооружившись собственной решимостью, протянула обе руки к его паху и расстегнула ширинку.

Адамасов ничего не сказал, но я видела, как впечатлила его моя решительность.

Я любовалась им. Бесстыже наблюдала за тем, как он торопливо высовывал ноги из штанин. А там было на что поглазеть. Длинные накачанные ноги, узкие бедра, рельефный торс, от вида которого спирало дыхание.

А потом он шагнул ко мне.

Миг — и я оказалась прижатой лопатками к кровати. Оскар без лишней суеты стянул с меня колготки, а вслед за ними избавил и от нижнего белья.

Дал себе паузу на созерцание, ощерился опасно, а затем вклинился между моих бедер, развел в стороны и склонился надо мной.

Задержала дыхание плененная его взглядом, блуждающим по моему лицу. Забылась, а он в нетерпении ворвался в мой рот, как какой-то дикарь. И меня затрясло, словно в эпилептическом припадке, пока он душил меня поцелуями… Пока он поглощал мои стоны, едва ли не разрывающие грудную клетку на ошметки… Пока его вкус растекался по моему языку.

Утопая в ощущениях, я упустила самый важный момент.