Не дай бог, он так думает на самом деле!

— Да неужели? А то я не знаю! — ерничал генеральный, неспешно скользя по мне взглядом мужчины, сидящего на голодном пайке, отчего я вся порозовела. — Я уже начал презентацию, а ты так завизжала, что я подумал… Черт, я даже не знаю, что я подумал.

Босс почесал бровь и нахмурился. Бросил настороженный взгляд на дверь, откуда доносились голоса мужчин из состава китайской делегации.

— Рассказывай, что тут произошло? — спросил он нервно и нетерпеливо.

— А вас не смущает, что я в лифчике стою перед вами? — намекнула я ему, что сейчас не самое лучшее время для изложения событий, предшествующих моему позору.

— Меня — нисколько, — мотнул головой.

Можно было и не спрашивать. Он вел себя так, словно каждый день видит своих секретарш в таком непотребном виде.

Все же Оскар Савельевич шагнул к высокому узкому пеналу у стенки и распахнул его.

Ну надо же!

— Странно, что дверца у вас не сенсорная и не реагирует на голос, — обиженно просопела я, когда босс подошел и раскинул большое махровое полотенце, предлагая мне в него закутаться.

— А! Так ты из душа окатилась? — заключил он, помогая мне протереть плечи. Ничего необычного, но в где-то в груди у меня екнуло. — Интересно, как это ты умудрилась?

Я вдруг почувствовала себя нашкодившим ребенком, которого отчитывает строгий отец.

— Ясно же, что не специально, — насупилась я и посмотрела на него с упреком. — Я же не знала, что у вас с потолка просто берет и льется вода! Вы бы хоть табличку приделали для таких как я “Не подходи, если не хочешь вымочиться до трусов!”

— Тебе нужно запомнить, что у меня ничего не бывает просто, — произнес он назидательно, — Даже у моего душа имеется функция памяти. Никаких вентилей, входишь в кабинку — и сверху льется вода, выходишь — из стен идет подача воздуха.

— Функция памяти? Значит, это остались ваши установки? Зачем вы мылись под ледяной водой? — с недоумением уставилась я на Адамасова, зябко переминаясь голыми ногами по кафелю. — Вы что, морж? Закаляться любите?

— Можно и так сказать. Особенно, когда нужно срочно спустить пар, — таинственно поведал босс, а я покраснела от мыслей, посетивших мою бедовую голову.

Я ведь долгое время прожила с двумя старшими братьями, а те в свое время были теми еще “спускателями пара”.

— Кхм-кхм… Оскар Савельевич, а вы не могли бы выйти? — пискнула я и скромно кивнула на выход. — Я быстро оденусь в монашеское платье и приступлю к своим обяз…

— Нет уж! Хватит с тебя! — не дал договорить даже. Он активно замотал головой и поднял руки, вынуждая меня сгорбиться. — Я как-нибудь сам. Ну или вызову на замену кого-то другого.

Стало не по себе. Даже обидно.

Неужели он такой весь из себя идеальный, что у него не бывает промашек?

Не поверю, что он никогда не ошибается…

— Так вы… Вы меня уволите теперь? — осипшим голосом спросила я, не сомневаясь в его утвердительном ответе.

Я бы себя точно уволила.

Внезапно босс приблизился ко мне. Слишком близко, что пришлось задержать дыхание и отвести голову назад. А он все равно наклонился ко мне. Прищурился, бегая по моему зардевшемуся лицу взглядом.

“Что ему нужно, черт возьми?” — шумно сглотнула я, когда он как-то странно задергал ноздрями, словно принюхиваясь.

А-а-а! Караул! От меня же пахнет… Им!

И, разумеется, он все понял, судя по хитрому блеску в глазах и едва заметному подергиванию уголков его губ.

Я приготовилась уже выслушать обвинения и насмешки в свой адрес, как вдруг Адамасов отстранился и спокойно выдал:

— Рада, я не люблю тратить время и повторять лишний раз. Увольнять тебя никто не собирается. Одевайся в свое монашеское платье или посмотри у меня в гардеробе, во что бы ты могла переодеться.

Честно, я охренела от такого предложения.

— Вы на полном серьезе предлагаете мне переодеться в вашу одежду?

— Ну не ехать же тебе домой в мокром белье. Сокровищницу еще, не дай бог, застудишь.

— Домой? — мой брови поползли на лоб.

— Домой, — повторил строго, шагнул вперед и невинно приобнял меня за плечи. — Не дуйся только. Я сейчас вызову своего водителя. Он отвезет тебя.

— Не надо… Мне неудобно… Я не хочу, — забормотала, но я вынужденно захлопнула рот при виде заинтересованных мужских лиц, возникших в проеме двери.

Трое мужчин азиатской наружности внимательно оглядели нашу с боссом композицию, и их лица вытянулись. Только потом босс додумался отпрянуть от меня.

Двое азиатов пошушукались на своем языке, и ушли, а вот третий остался за каким-то делом.