Огромная королевская кровать Джейка щеголяет кожаным изголовьем с каретной стяжкой и серебряными заклепками, что придает ей едва заметный готический вид. Постель аккуратно заправлена, а сверху лежит пышное одеяло цвета темной ели, скрывающее под собой простыни. Его комод и прикроватные тумбочки сделаны из красного дерева с черными ручками, а лампы — из черного кованого железа с абажурами в тон одеялу.

Действительно, темные тона.

Он достает из ящика комода серые меланжевые спортивки и протягивает мне:

— Эти должны подойти. — Затем он скрывается в гардеробной и возвращается с футболкой Йельского университета в руках. — Я поменьше тебя, но она на мне висит мешком. Примерь.

Мне приходится сдерживать каждую клеточку своего тела, чтобы не прижаться к нему всем весом и не впиться в его губы. На нем белая футболка, которая стала почти прозрачной, потому что он натянул ее прямо на мокрое тело. Мое самообладание трещит по швам.

Точнее, висит на волоске, который вот-вот порвется.

— Господи, — хриплю я и кашляю, потому что голос сорвался на шепот.

— Что?

— Ты учился в Йеле?

— Да, а что?

Я не могу сдержать улыбку и кокетливый тон:

— Похоже, Феникс сегодня был не единственным ботаником-пожарным на той лодке.

Джейк тяжело сглатывает, но оставляет мою реплику без ответа. Извинение уже готово сорваться с моих губ, но, к черту, я не собираюсь делать вид, будто ничего не происходит. Я был с ним честен, и, несмотря на это, он сам пригласил меня сюда.

— Душ вон там. Пользуйся всем, что найдешь. Полотенца и салфетки в шкафчике справа. А я пойду займусь ужином.

Он по-прежнему не смотрит мне в глаза. Голос у него не грубый, но гораздо более отрывистый, чем был весь день. Он разворачивается и практически выбегает из комнаты.

Стоя под струями воды, я уже через пару секунд понимаю, что это лучший душ в моей жизни. Температура и напор идеальны, а когда я открываю крышку его геля для душа, меня накрывает волной такого дикого желания, что едва не подкашиваются ноги. Наверное, мне должно быть стыдно за то, что я дрочу в его душе, но выбор невелик: либо сделать это здесь, либо прямо за кухонным столом. Меня натянуло как струну, мне жизненно необходимо разрядиться.

Я обхватываю пальцами свой член и полностью отдаюсь ощущениям. Упираюсь одной рукой в кафельную стену и закрываю глаза. Перед глазами стоит Джейк, в воде, на вейкборде. То, как двигаются и напрягаются его мускулистые руки.

Я вижу, как он смахивает воду с глаз. Вижу его лицо в каких-то сантиметрах от моего, когда лодка качнулась и он налетел на меня. Но окончательно я теряю контроль, когда вспоминаю ощущение его крепкого тела под своими ладонями, когда пытался удержать его на ногах. Я кончаю, заливая каменный пол его душа густыми струями спермы.

Однако облегчение длится недолго. Стоит мне выйти и вытереться, как я представляю, как он натягивал эти самые спортивные штаны на голое тело, без трусов, и как его головка касалась ткани в том же самом месте, где сейчас касается моя. И мой член, блять, снова встает.

Спортивки в этом плане ничем не лучше плавок — спрятать в них эрекцию нереально.

Проходит пять минут, но он и не думает падать, так что мне остается только смириться. Может, если я притворюсь, что ничего не происходит, он сам опустится? Хотя, судя по тому, как складывается этот день, верится в это с трудом. Я натягиваю одолженную футболку и возвращаюсь на кухню.

— О, — говорит Джейк, когда я появляюсь в поле зрения. — Не присмотришь за рисом, пока я быстро сполоснусь? С ним все должно быть в порядке, но если начнет выкипать, просто выключи конфорку.

Он до сих пор не смотрит на меня, и именно так я понимаю, что перегнул палку. Не стоило сравнивать его с Фениксом после того, как я признался, что меня заводят парни-пожарные с замашками ботаников. Особенно учитывая, что я и так уже не мог скрыть от него свой стояк.

Я мог бы сказать или сделать тысячу вещей, но я совершенно не понимаю, что у него на уме. Пока я не разберусь, злится он, устал или ему просто неловко, я ограничиваюсь коротким: «Да, без проблем».

Пока Джейк в душе, я пишу Кэсси.

 

Дилан 17:33

Я у Джейка. Готовим ужин. Буду позже.

 

Кэсси 17:34

Он притащил тебя к себе?!

 

Дилан 17:34

Ага. И дал свои спортивные штаны. Но я уже все просрал.

 

Кэсси 17:37

Он однозначно хочет тебя трахнуть. Ты буквально В ЕГО ШТАНАХ.

Как именно ты все просрал?

 

Дилан 17:37

Я его не понимаю. Кажется, я зашел слишком далеко с шуточкой, и ему стало не по себе.

И это после того, как я практически заставил его признать, что он считает меня горячим.

 

Кэсси 17:39

Еще можно все исправить. Пусть он сам задает темп. Может, он просто боится?

 

Дилан 17:40

Я тоже об этом думал.

Но еще я обещал себе, что больше не ввяжусь в такое дерьмо.

О чем я вообще думаю?

 

Кэсси 17:40