— Думаю, с крепким алкоголем мне пора завязывать. Из-за водки и солнца я что-то перегрелся и знатно вымотался, не говоря уже о том, что мне нужно помочиться каждые пять минут. — Я плюхаюсь на скамью прямо перед капитанским креслом и накрываю лицо кепкой. По крайней мере, если глаза будут закрыты, у меня не возникнет соблазна пялиться на Дилана.

Впрочем, мне стоило догадаться, что это встревожит парней. Их профессиональные навыки включаются мгновенно.

— Хад, кинь мне пару бутылок воды, — требует Феникс, мгновенно протрезвев. Похоже, он был не так уж и пьян, как я думал. Я слышу, как с хрустом открывается пластиковая крышка, и чувствую, как чья-то ладонь ложится мне под затылок. Сдвинув кепку, я обнаруживаю Феникса, который стоит возле меня на коленях и собирается заливать воду мне в рот.

— Эй, чувак, всё не так плохо. Я не хотел тебя пугать. — Новая волна вины накладывается на мой стыд.

— Сядь. Тебе всё равно нужно попить.

Понимая, что спорить с ним бесполезно, я подчиняюсь и прижимаю горлышко к губам. Вторую бутылку он открывает и выливает мне на плечи, позволяя ледяным струям стекать по спине.

— Блять, ну и холодина, — Я пытаюсь податься вперед, но он удерживает меня, упершись ладонью мне в грудь.

— Терпи. На моей смене никто тепловой удар не получит. Особенно ты.

— Это еще почему «особенно я»?

— Потому что на следующей неделе мне нужна твоя «Мазерати» для свидания, — ухмыляется Феникс, и я толкаю его в плечо.

— Если никто не против, я бы и сам не отказался от кондиционера и тенька, — подает голос Хадсон.

Нокс, должно быть, согласен, потому что он заводит мотор, а Дилан подсаживается ко мне.

Черт, я даже в глаза ему посмотреть не могу.

Он толкает меня плечом, и я стискиваю челюсти.

— Моё пение было настолько ужасным? — шутит он, заставляя меня посмотреть прямо на него.

— Что? Нет, конечно нет. На самом деле это было довольно круто. Я бы тоже хотел выучить испанский.

— Я могу тебя научить, — его голос растворяется в свистящем вокруг нас ветре, и я едва улавливаю слова. Не дождавшись от меня немедленного ответа, он откидывается на борт лодки, сложив руки на коленях.

— Идем за мной, — командую я, поднимаясь и направляясь к корме. Не то чтобы у нас там будет какая-то полноценная уединенность, но прямо сейчас Нокс сидит буквально позади нас, лицом к нам, а Феникс развалился на противоположной скамье.

Я встречаюсь взглядом с Хадсоном и киваю в сторону только что освободившегося места на носу лодки. К счастью, он понимает намек и пересаживается, оставляя сиденье позади Нокса свободным для нас с Диланом. А это значит, что теперь все сидят к нам спиной.

У меня не было никакого плана, когда я звал его за собой. Я до сих пор понятия не имею, что сказать. Я просто схожу с ума от вожделения и не знаю, как вернуть контроль.

Да я, черт возьми, даже не уверен, что хочу его возвращать.

Я наклоняюсь, чтобы он меня слышал, но говорю очень тихо, чтобы не услышали остальные. Дилан придвигается ближе, пока мои губы едва не касаются мочки его уха.

— Когда мы вернемся, будет еще довольно рано. Не хочешь где-нибудь перекусить? — Я цепляюсь за соломинку. Отчаянно пытаюсь продлить этот бесценный день любым возможным способом.

Он выглядит колеблющимся, и я знаю, что он думает о работе. Я снова наклоняюсь, чтобы попытаться убедить его согласиться, как вдруг наша лодка подпрыгивает на кильватерном следе от прошедшего мимо судна, и мои губы на этот раз соприкасаются с кожей чуть ниже его уха.

Его прошибает крупная дрожь, и он тут же вжимает основание ладони в свой член.

Он закрывает глаза.

— Черт. Прости. Я не особо это контролирую, — объясняет он, будто я сам не знаю, как работают стояки.

Мой выдох выходит резким и громким, но я продолжаю прижиматься к нему, не в силах отстраниться. Ощущение его обнаженного плеча на моей голой груди — это слишком, сука, хорошо.

— Не нужно извиняться. — Все остальные на лодке будто испарились, остался только мужчина, сидящий рядом со мной.

Дилан медленно поворачивает голову и смотрит на меня.

— Джейк, не хочу показаться странным, но, если ты не отодвинешься, боюсь, это нескоро пройдет.

Я выныриваю из своего тумана как раз вовремя, чтобы заметить, как Дилан отступает. Он отворачивается от меня и сдвигается дальше по скамье, увеличивая расстояние между нашими телами. Вопросы заваливают меня со всех сторон. Он думает, что я обиделся? Может ли быть такое, что я завожу его точно так же, как он меня? Каково это — прикусить его нижнюю губу?

Черт, теперь я сам себя завожу.

Не желая, чтобы он закрывался от меня, я слегка ударяю его кулаком по бедру.

— Всего один ужин. Пожалуйста.

Он пристально смотрит на меня десять секунд, прежде чем ответить. Его грудь быстро вздымается и опускается, чертовски сильно отвлекая моё внимание.

— Ты уверен?

— Да.