Мы много говорили о том, чтобы уехать из этих мест насовсем и начать всё с чистого листа. Даже обсуждали вариант перебраться в Майами вслед за Кэсси, но в итоге решили, что дом есть дом, несмотря на всё хорошее и плохое, что с ним связано. У нас есть средства, чтобы путешествовать, когда и куда угодно, но своим домом мы по-прежнему считаем этот штат.

Стив Эллингтон сейчас пытается оспорить обвинение в соучастии в покушении на убийство, утверждая, будто знал только о поджоге. Уверен, он надеется, что адвокаты смогут его отмазать. Впрочем, мы об этом особо не знаем, так как не разговаривали с ним со дня ареста Коры.

Мартин одержал сокрушительную победу на выборах. То, что он сумел доказать чистоту своих рук на фоне всего этого кошмара, окончательно расположило к нему избирателей. Он не стал искать оправданий поступкам своей дочери и просто пообещал, что продолжит ставить интересы жителей округа на первое место.

Как выяснилось, покушение на Глинду действительно оказалось случайным актом насилия, совпавшим по времени с остальными срежиссированными событиями, а вот офицера Дауди знатно прижали за тот наезд на Карла Роджерса. Я чувствую себя счастливчиком от того, что мы получили ответы на вопросы о хаосе в нашей жизни, ведь столь многие сталкиваются с трагедией и навсегда остаются в неведении о причинах.

Сегодня вечером мы с Джейком в гостях у Хадсона. Он живет не так уж далеко от Феникса, но их участки не могли бы отличаться сильнее. Если Феникс обосновался на небольшой ферме с загоном для лошадей, тренировочным рингом, тракторами, огромными грузовиками и полями, то Хадсон обитает в маленьком, но красивом бревенчатом срубе у реки, которая впадает в озеро, где мы катаемся на лодке Нокса. Этот дом напоминает мне уменьшенную копию жилища Тима, брата Джейка.

Хадсон с широкой улыбкой открывает контейнеры с крылышками:

— Налетайте, утырки. Холодные крылья — редкая гадость.

Мы все принимаемся за еду, теснясь на диване и двухместном кресле перед телевизором, чтобы посмотреть хоккейный матч. По окнам барабанит мелкий дождь, и, учитывая, что одна из стен представляет собой сплошное остекление от пола до потолка с видом на реку сквозь деревья, мне трудно решить, на что смотреть: на игру или на воду.

— Земля вызывает Феникса, — произносит Нокс, водя рукой перед экраном телефона Феникса, пока тот наконец не вскидывает голову.

— О, да, прости. Что ты сказал?

— Тарелку бери. Шайбу уже вбросили, — отзывается Хадсон.

— Кому это ты строчишь? — невинно интересуюсь я.

— А, да так... никому. — Он пытается сунуть телефон в карман, но неловко роняет его, и тот падает на пол экраном вверх.

Со смартфона на меня смотрит снапчат с лицом моей сестры.

Кэсси — взрослая, совершеннолетняя женщина. Она вправе делать всё, что ей вздумается. Мне кажется странным, что она так отчаянно рвалась уехать отсюда, но при этом проводит свой вечер вторника в переписке с кем-то из местных. Впрочем, это её дело.

Я наклоняюсь, подбираю телефон и протягиваю его Фениксу, у которого глаза округлились от испуга.

— Чувак, клянусь, мы просто общаемся как друзья.

Какая-то часть меня злорадствует от того, что он считает меня взбешенным. Может, это удержит его в тонусе.

Я лишь улыбаюсь, несу свою тарелку к дивану и сажусь рядом с Джейком, наслаждаясь его близостью и той нормальной, размеренной жизнью, которую мы сумели вернуть за последние месяцы.

— О, мужики, я рассказывал вам о новом маршруте, на который меня поставили на работе? — спрашивает Хадсон, вгрызаясь зубами в куриное крылышко.

— Это тот, что в закрытом элитном поселке? — уточняет Нокс.

— Ага. Там половина маршрута — суперпафосные богачи, а вторая половина — одинокие старухи. Клянусь, за последние две недели я видел больше сисек, чем за предыдущие шесть лет, — сокрушается Хадсон.

— Вот что бывает, когда переходишь с коммерческих маршрутов на жилые кварталы, — смеется Джейк.

— Нет, чувак, это всё равно в сто раз лучше того, где я ездил раньше. Но я готов поклясться, эти вдовушки точно знают, когда я приеду, и думают: «О, сегодня мне должны доставить ортопедическую обувь! Надо скорее раздеться, чтобы не упустить шанс нанести психологическую травму этому милому молодому человеку».

То, как Хадсон передразнивает старушечий голос, заставляет меня прыснуть от смеха.

— Ну, может, какая-нибудь горячая богатая дамочка из первой половины маршрута тоже решит сбросить шмотки, — произносит Феникс, наконец присоединяясь к нам в гостиной.

— Я пасс, — качает головой Хадсон. — Думаю, Джейки и Дилан исчерпали лимит драмы для нашей компании на целую жизнь вперед.

— И то верно! — хором орет вся компания, и мы вскидываем пивные бутылки вверх.

«Если бы только такой лимит вообще существовал», — думаю я про себя, гадая, кто же из нас окажется следующим.

 

 

Конец.

 

 

Спасибо огонёчки, что читали мой перевод. Пышь-пышь!

Jellyti