— Ее зовут Кора, — произносит он и странно морщится, пока моя кожа буквально горит от его невесомого прикосновения.

— Твоя девушка.

Он шумно вздыхает, убирает руку, чтобы провести ею по своим мокрым волосам.

— Все сложно.

На снимке он обнимает ее за талию и целует под рождественскими гирляндами. Ее рука лежит на его сердце, и, несмотря на глубокий французский поцелуй, видно, что она улыбается. В лучшем случае он бисексуал, но как ни крути, он все еще в отношениях.

— Насколько, блять, все может быть сложно, Джейк? — я не хочу, чтобы это звучало зло, но мои эмоции сейчас просто зашкаливают. Чем отчетливее я понимаю, как сильно хочу этого мужчину, тем яснее осознаю, что он мне недоступен, и он, сука, давит на все мои самые больные точки.

Без предупреждения Джейк отталкивается от столешницы и наваливается на меня всем телом, вжимая в стену, которая отделяет кухню от прихожей. Теперь мы соприкасаемся всем телом, от груди до кончиков пальцев ног, а его бедро вклинивается между моих ног.

— Чертовски сложно, Дилан, — рычит он. А затем целует меня так, словно его душа горит синим пламенем, а я — единственное, что может этот пожар потушить.

Я не думаю, я просто реагирую. Мои колебания и злость, бушевавшие секунду назад, испаряются, стоит его языку с боем ворваться в мой рот. Я отвечаю на поцелуй, жестко, борясь за доминирование и вжимаясь бедрами в его бедро. Мое тело уже умоляет о новой разрядке. Его ладонь скользит по моему прессу под футболкой, заставляя меня содрогнуться от его прикосновения второй раз за день.

— Охренеть, ты так чертовски приятен на ощупь. Я весь этот гребаный день хотел это сделать, — бормочет он мне в губы.

В голове все поплыло. Это вообще не похоже на прикосновения парня, который впервые целуется с кем-то своего пола. Это не простое любопытство. Это ощущается как дикая нужда, вожделение, сексуальный голод. Этот мужчина буквально изголодался по близости, которой так жаждал.

Он спускается губами к моей шее, буквально кусая меня и втягивая носом запах моей кожи. Я тяжело дышу, пока его язык ласкает мою плоть. Я откидываю голову назад, на стену, к которой все еще прижат, и подставляю шею, давая ему полный доступ, пока он воюет с моей футболкой.

— Сними ее. Пожалуйста.

Как далеко он хочет зайти сегодня? И как же Кора?

Он уже задирает футболку мне до груди, так что я подчиняюсь и помогаю стянуть ее окончательно.

Не успевает она упасть на пол, как он снова прижимается своей грудью к моей, а его рука опускается вниз и сжимает уже твёрдый до боли член в моих спортивках — его спортивках. Сквозь стиснутые зубы у меня вырывается шипение.

— Я кончу, если ты продолжишь это делать, — предупреждаю я его, чувствуя, как знакомое покалывание уже разливается по яйцам.

— Господи, да. — Он перестает водить рукой, но лишь для того, чтобы запустить пальцы под резинку штанов и очертить ими мой живот туда-сюда. — Пожалуйста, можно мне прикоснуться дальше?

Скажи «нет», Дилан. Тебе же разобьют сердце.

— Да.

Его руки ныряют мне в штаны. Правая обхватывает ствол, а левая накрывает яйца, мягко сжимая их, отчего я буквально теряю дар речи. Посмотрев вниз, я вижу огромный холм в его собственных джоггерах. Охренеть не встать, парни на работе не шутили насчет его размеров. Не спрашивая разрешения, начинаю развязывать шнурки на его штанах и решаю, что если он не захочет, чтобы я трогал его член, он даст мне знать, но он молчит, пока мои руки продолжают стягивать ткань ниже его эрекции.

Стоит мне взять его в руку, как его словно подключают к автомобильному аккумулятору. Он толкается членом мне в ладонь, выпускает мои яйца и своей освободившейся рукой накрывает мою, сжимая ее сильнее и требуя, чтобы я дрочил ему жестче.

И вот мы стоим, как два озабоченных подростка, и дрочим друг другу прямо на его кухне.

И черт меня дери, если это не самое горячее, что со мной было.

— Дилан, — тяжело дышит он. — Я сейчас кончу.

— Еще бы ты, блять, не кончил, — отзываюсь я, чувствуя, как во мне просыпается привычное желание доминировать.

— Твоя рука, — говорит он, будто только сейчас сообразив, что именно она доводит его до предела. — Тебе стоит… убрать ее… если ты не хочешь…

— Я измажу твои руки, если ты измажешь мои.

Видит бог, я не знаю, что на меня нашло, но я бросаюсь в этот момент без остатка. К черту последствия. Я начинаю дрочить ему еще быстрее, почти наказывая его за то, что он заставил меня так потерять контроль, и в этот момент он кончает.

Его рука на моем члене начинает слабеть, пока из него толчками выходит сперма. Свободными пальцами он впивается мне в талию, чтобы удержаться на ногах, и то, как он цепляется за меня, чтобы не упасть, швыряет меня через край следом за ним.

 

Глава 13

 

Джейк