— Ну естественно, блять. Ты думал, я «звонок другу» взял? Я тут ни одной живой души не знаю. Короче, как я и говорил… исследования показывают, что тут есть озеро, а на нем — несколько баров с видом на воду и причал.

— Норм, — бубню я без капли энтузиазма.

Джонас окидывает критическим взглядом мой текущий прикид:

— Но тебе придется переодеться.

— Зачем? Что не так с этим прикидом?

— Ну, начнем с того, что это не прикид. Это пижама, Уокер. А те заведения выглядят цивильно. Соответствуй статусу. Ты, блять, чемпион по родео на мустангах, в конце-то концов. В таких местах ты мог бы перепихнуться с четырьмя разными девчонками за одну ночь.

Аргумент так себе, учитывая, что у меня нет ни малейшего желания спать с женщинами, но Джонас об этом не в курсе.

— Ну так выбери другое место. У меня всё тело ломит, я устал и не хочу с боем натягивать джинсы только ради того, чтобы хлебнуть паршивого виски.

— Сука, ну ты и заноза в заднице, ты в курсе вообще? — взрывается Джонас.

Я лишь жму плечами. Я не пытаюсь строить из себя принцессу, но у меня нервы на пределе. Я просто хочу отсидеться в фургоне, откатать свой заезд и свалить отсюда к чертям собачьим. Давление в груди нарастает с каждой минутой с тех пор, как мы отметились на арене. Я и так иду Джонасу навстречу, соглашаясь выйти в люди, но мне на хрен не сдались эти пафосные бары у озера, где выпивка стоит по двадцать баксов, а дресс-код не пропускает в трениках и футболке.

Он что-то ожесточенно вбивает в телефоне, а затем со вздохом выдает:

— Ладно. В паре кварталов от озера есть один бар под названием «Томагавк». Рейтинг — две с половиной звезды. Это устроит твое высочество и твои спортивки?

Два с половиной балла, скорее всего, означали, что место еще более злачное, чем мне хотелось бы, но я решаю не искушать судьбу и не просить его искать третий вариант. К тому же, чем паршивее бар, тем выше вероятность, что человека, которого я так отчаянно пытаюсь избежать, там не окажется.

Я бы соврал, если бы сказал, что не пытался наводить справки о Фениксе за все эти годы. Я знаю, что он живет в этом городе, но на этом — всё. Стоит звезде родео покинуть тур, как шумиха вокруг него утихает в мгновение ока. К моему огромному разочарованию, всё, что мне удалось раскопать в соцсетях, — это лишь старые фан-аккаунты. А меня совершенно не интересовало, что думают другие о мужчине, по которому я сохну с шестнадцати лет.

Какая ирония: в ту ночь, когда мы были вместе, Феникс сокрушался, что обо мне нигде нет нормальной информации, а теперь я тот, кто остался ни с чем, за что можно было бы зацепиться.

— Идеально подходит, — говорю я Джонасу. — Погнали.

 

***

 

Я допиваю свой второй виски с колой — мне пришлось попросить бармена плеснуть туда газировки, потому что виски оказался таким дерьмовым, что его и на самую нижнюю полку ставить было грех. В этот момент какой-то парень плюхается на соседний табурет и окликает официантку по имени.

— Венди! — кричит он.

— О, привет, Хад. Ты с кем сегодня? Тебе как обычно? — отзывается барменша.

Я внимательно слушаю их перепалку просто от скуки, да и парень вроде ничего так.

— Мы тут всей бандой, — отвечает он; явно завсегдатай. — Заняли угловой столик. Кэсси приехала. Пришли к нам кого-нибудь, как освободишься, ладно?

— Сегодня я одна, вторник всё-таки. Сейчас мигом приму ваши заказы, — улыбается она.

Когда он уходит, я снова утыкаюсь взглядом в один из телевизоров над баром, на самом деле ничего не видя. Я часто так делаю. Когда я о чем-то напряженно думаю, глаза могут быть открыты, но мозг находится за миллионы километров отсюда.

— Ого, Девиль, зацени-ка цыпочку, — шепчет Джонас, толкая меня в плечо.

Я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, о ком он, и вместе со мной это делает добрая половина бара. Женщина просто шикарная. Длинные черные волосы, кожа такого оттенка, что сразу ясно — предки у неё были не из Скандинавии, и точеная фигурка. Она стоит у музыкального автомата, медленно проглядывая списки песен. На ней короткая джинсовая юбка и ярко-красный топ.

— Не твоего полета птица, дружище. — Я хлопаю Джонаса по груди и подаю знак официантке повторить заказ.

Она забирает мой бокал и сладко улыбается:

— Одну секунду, солнышко, приму заказы у того столика и мигом всё обновлю.

Я киваю и снова принимаюсь разглядывать людей. Это куда интереснее, чем та чушь, что крутят по ТВ. Женщина у автомата делает выбор и направляется обратно к большому столу в углу. К тому самому, к которому идет официантка. Я узнаю парня, что сидел рядом со мной у стойки, и когда мой взгляд падает на человека рядом с ним, я слышу, как Джонас резко втягивает воздух. В этот же миг мой мир с треском заваливается на бок.

— Твою мать. Это что, Феникс Хардинг?

Каковы, блять, шансы?

Я резко отворачиваюсь обратно к стойке, роняя лоб на скрещенные руки в попытке остановить вращение комнаты. Джонас хлопает меня по бедру.