Теперь он разгневан, но я чувствую удовлетворение. Он не посмеет тронуть меня или Рэймса, иначе Дженна размажет его по стенке! А если изгонит из города… Что же, пускай. Придётся уйти. Но не терпеть его скрытые угрозы!

- Я надеялся на твоё благоразумие. У тебя ребёнок, которому нужны нормальная жизнь и образование, а не прозябание в дыре. Любая нормальная мать, будучи на твоём месте, согласилась бы.

Он пытается вызвать у меня чувство стыда?! Я так разгневана, что уже готова устроить сцену, но тут возвращается Дженна. При виде Кристона она закатывает глаза.

- Что, опять пришёл нас объесть? – она недовольно сгружает дичь в таз, - живёшь в замке, катаешься на пяти разных экипажах, а есть приходишь в эту дыру?

Становится понятно, что Дженна явно подслушивала. В её присутствии Кристон всегда сдувается и теряет запал.

- Легко быть дерзкой, когда тебе прислуживает ведьма, - он бросает на меня пренебрежительный взгляд.

- Молодец, красивую фразу заучил. Сам пойдёшь, или тебе помочь?

Кристон недовольно покидает наш дом, и я обессилено валюсь на топчан. Разговор с бургомистром и противостоянием ему выпил из меня все соки.

- Чего хотел? – немногословно спрашивает Дженна, приступая к ощипыванию перепелов.

- Проблем, вестимо. Предлагал выйти за него замуж.

Закрываю глаза, и пытаюсь настроиться на выпечку.

- Может, и стоило бы, - негромко говорит Дженна.

- Что?! – тут же вспыхиваю, - а как же Рэн?!

- Прошло шесть лет, Бьянка. Дирэн тебя не ищет.

- Но ведь на нём проклятие!

- Ох, Великая Драконица! – всплёскивает руками Дженна, - неужто он за шесть лет не смог найти, как его снять?!

Хочу резко ответить ей, но слова застревают в глотке. Разве она не права? Я не хочу думать так о Рэне… Не хочу сомневаться! Что, если он до сих пор ищет, как избавиться от проклятия? Ищет нас?

Наш неприятный разговор прерывает Ларк – лучший друг Рэймса. Он забегает в кухню весь мокрый и запыхавшийся. Мальчишка комкает в руках босоножек моего сына.

- Госпожа… Госпожа! Я говорил ему не лезть в воду…!

- Что?!

- Рэймс полез в озеро! Он ведь так плохо плавает!

Пытаюсь вдохнуть, но не могу. В голове пляшут ужасные картины, в которых я выношу бездыханного сына из воды. Бросаю всё, что делала, и бегу на улицу, а оттуда сворачиваю к озеру, даже не вспомнив про обувь.

Лечу так быстро, что обгоняю Кристона, возвращающегося домой после неприветливого приёма в нашем доме. Он что-то кричит мне вслед, но я даже не оглядываюсь.

Рэймс! Рэймс! Рэймс! В моей голове только сын, которого с минуты на минуту я могу потерять. Грудь сдавливают рыдания, но на них нет ни времени, ни сил. Они уходят на бег. Я устаю, но от этого бегу лишь быстрее. Настолько, что оказываюсь у озера в считанные минуты, хотя обычно дорога к озеру занимает минут двенадцать-пятнадцать.

На берегу, в тени ив, собрались друзья Рэймса и кучка зевак. Залетаю в воду по колено, но меня тут же кто-то хватает за локоть. Оборачиваюсь, уже готовая высказать этому человеку всё, что я о нём думаю! Но вижу Дженну, кивающую в сторону.

Успеваю заметить только как Кристон ныряет под воду прямо в одежде.

- Как ты… А, ну да… - тяжело и часто дышу.

Дженна телепортировалась. Не умчись я из дома за секунду, она захватила бы меня с собой. И, будь я в состоянии размышлять здраво – подождала бы.

Только как я могла ждать, если Рэймс под водой всё это время?! Меня раздирает изнутри, мне мало Кристона, нырнувшего, чтобы спасти моего сына! Я рвусь в воду, в груди режет болью и страхом, но меня держит Дженна, а потом и ещё какие-то люди…

- Пустите! ПУСТИТЕ МЕНЯ! Мой мальчик, мой Рэймс!!! РЭЙМС!!!

Мне кажется, что проходят часы прежде, чем я вижу тёмную макушку Кристона, выносящего моего сына из воды. Мокрая одежда облепила тело Рэймса, и он не дышит, когда Кристон кладёт его на траву под ивами.

Мы с Дженной бросаемся к бездыханному телу. Трогаю его руки, лоб, но он такой холодный, что я сразу думаю о худшем.

- Он жив, жив, - облегчённо шепчет Дженна, - дай я…

Она кладёт руки ему на грудную клетку, и что-то шепчет про себя. Не знаю, видят ли остальные? Но сейчас это не имеет значения. Её руки освещаются ровным тёплым свечением, которое через секунду-две исчезает.

Сразу после этого Рэймс розовеет. Его веки дрожат, а грудь начинает вздыматься, и на меня накатывает осознание, что всё обошлось.

Самое худшее не случилось…

- Спасибо тебе, - обнимаю Дженну, давно ставшую мне роднее родных.

Потом склоняюсь над сыном, целую его в едва тёплый мокрый лоб. Он приоткрывает глаза, и я жду ещё, пока его взгляд не станет осмысленным.

- Сыночек, - шепчу едва слышно, - как ты, малыш?

Он внимательно осматривает моё лицо, потом Дженну, сидящую рядом. Заметив Кристона, рывком садится.

- Эй, внучок, - с облегчением улыбается Дженна, - полегче на поворотах. Ты ещё слаб…

Она кутает его в свою шаль, и Рэймс доверчиво кладёт голову на её плечо.