– Она будет долго и безрезультатно отмываться, – вмешалась Адио. – Крустин используют с осторожностью, соблюдая минимальную дозу. Он предназначен для придания блеска телу и волосам. Если переборщить, крустин вызывает аллергическую реакцию на коже. Волосы становятся сухими и ломкими. Гринд, вы страшный дракон! – с восхищением произнесла ведьмочка в конце речи.

– Ну, леди Гризелла всего лишь прочувствует то, что чувствовала леди Дарина после ее нападения. Ничего более. Кстати, леди, а какие у вас планы на послеобеденное время?

– У леди Дарины планы отобедать со мной, – Эрагон обнял меня со спины, притягивая к себе.

– У леди Адио планы отобедать со мной, – Эрстан повторил маневр брата.

Со стороны послышались смешки.

– Ваша Светлость, а на свадьбу пригласите? – общую мысль за всех воинов высказал Рук. Кажется, именно он командор этого крыла.

– Обязательно, а теперь смыли с себя корицусовую гадость! Гринд, чтоб я подобного больше не видел.

– Хорошо, ваша Светлость! В следующий раз все сделаем незаметно, – Эрагон закатил глаза, остальные мужчины рассмеялись. – И все же, ваша Светлость, могу я пригласить после обеда леди Дарину и леди Адио на полив урожая?

– Что за урожай? – тут же встрепенулась ведьмочка.

– Тебе понравится. Там красиво, – подмигнула я ей.

– Хорошо.

С полигона я уходила счастливой. Неужели все закончилось? Эрагон бережно обнимал меня за талию, уже не таясь. От чего нам вслед слышались беззлобные шуточки и пожелания счастья. Адио мило улыбалась воинам. Эрстан злился.

– А ты меньше тяни виверну за хвост и будет тебе счастье, – подколол его Светлость брата.

– Ты слушай князя. Он плохого не посоветует, – прыснув от смеха, ведьмочка скользнула к любимому, взяла его за руку и положила голову ему на плечо. Парень тут же приобнял ее и успокоился.

Жизнь налаживается. Теперь бы подкрепиться, только, в первую очередь, стоит переодеться. Я за стол могу сесть и в спортивном костюме, но хотелось выглядеть красиво. Особенно, когда на тебя смотрят так, что дух захватывает. Сердце подпрыгивает и убегает в пятки, а в животе щекотно.

В комнате я, наскоро умывшись, открыла шкаф. Легкий стук и дверь в комнату приоткрылась. Лучия змейкой скользнула внутрь, держа в руках большую коробку. Ее глаза светились от восторга, как будто это не я мужа нашла, а она.

– Госпожа Дарина, вам стоит надеть вот это.

Девушка, поставив на пол коробку, сдернула пышный бант. Ее руки слегка подрагивали, но она решительно откинула крышку. Мы ахнули от восхищения.

– Подарок его Светлости, – с гордостью произнесла горничная. – Только доставили.

Она извлекла на свет платье насыщенного, изумрудного цвета. Чуть спущенный рукав, вырез лодочкой и юбка колокол. Верхняя ткань, чем-то похожая на органзу, была расшита золотыми нитками и драгоценными камнями, создавая замысловатый, цветочный узор.

Лучия разложила платье на кровати и, пока я любовалась не земной красотой, достала из коробки туфельки на низком каблучке и шкатулку. Она протянула ее мне, пританцовывая от нетерпения. Медлить не стала и открыла крышку. Мне тоже интересно, что там.

Мы ахнули вновь. На бархатной подушечке лежала заколка для волос. Я всегда спокойно относилась к драгоценностям, но тут мое сердечко забилось от восторга часто-часто. Может, я просто раньше не видела такой красоты? Или все дело в том, кто именно дарит подобный подарок?

Платье село, как влитое. Кружась перед зеркалом, я казалась себе королевой. Лучия, распустив мои волосы, уложила их локонами. Лишь с висков закрепила пряди. Заколка в форме цветка с усиками идеально вписалась в образ.

И тут мой взгляд упал на цветок. С утра прошло лишь полдня, но он подрос еще на пару сантиметров. Что там говорил Гринд? В конце испытаний надо показать его князю?

Подхватив горшок, вышла в коридор и нос к носу столкнулась с Гризеллой. Драконица встала, как вкопанная. За ее спиной маячили служанки. У одной красовался синяк на скуле, у другой – отпечаток ладони на щеке. Я нахмурилась. Рукоприкладством занимается. Не на ком больше злость сорвать?

Гризелла осмотрела меня с ног до головы. Ее глаза гневно сузились, щеки надулись, но она не произнесла ни слова. Вздернула подбородок и ринулась на выход.

– С дороги, чернь! – прошипела грымза и, проходя мимо, постаралась толкнуть меня плечом.