Их отвезли в роскошную, но изолированную виллу, окружённую пышными садами. Вокруг царила атмосфера восточной роскоши: узорчатые арки, витражные окна, тёплый свет фонарей, свисающих с резных потолков. В воздухе витал терпкий аромат сандала, шафрана и жасмина. Всё было новым для Елены – и чарующим, и немного пугающим.
Слуги в белых одеждах склонились в почтительных поклонах. Одна женщина протянула ей поднос с финиками и чашечкой крепкого кофе. Елена поблагодарила кивком, чувствуя себя гостьей в сказке из «Тысячи и одной ночи»… но это была сказка, за которой стояла реальная опасность.
Калид провёл её в просторную комнату, где впервые за долгое время Елена почувствовала себя в безопасности. Комната была наполнена мягким светом, шёлковыми тканями и роскошью, которая одновременно притягивала и настораживала. Здесь не было ни одной привычной детали, ни одной вещи, напоминающей Москву.
– Это временно, – тихо произнёс Калид, закрывая дверь и поворачиваясь к ней. – Нам нужно понять, кто нас преследует, и дать отпор.
Елена молча кивнула, и её глаза вдруг наполнились слезами от накопившейся усталости и напряжения. Калид мягко приблизился к ней, осторожно взяв её лицо в свои ладони, и нежно стёр слезинку большим пальцем.
– Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось, – вновь прошептал он горячо, его взгляд проникал в самую глубину её души.
Елена почувствовала, как внутри неё вспыхивает жар от его близости. Она подняла на него взгляд, губы её чуть приоткрылись, дыхание стало глубоким и прерывистым. Калид медленно наклонился и поцеловал её, сначала осторожно и нежно, затем страстнее и глубже, словно пытаясь выразить всё, что так долго удерживал в себе.
В этот миг всё вокруг померкло. И стало не важно абсолютно ничего! Ни то, что он шейх, ни традиции и обязательства, ни ответственность, что они несли на своих плечах… сейчас существовали только они. Реальность померкла, затуманила им взор. Важно было лишь одно – утолить жажду желания, что вспыхнула между ними, как пламя, которое невозможно было погасить.
Калид прижал её к себе, медленно проводя губами по линиям скул, оставляя на коже следы жара. Елена затаила дыхание, когда его руки с нежной уверенностью скользнули вдоль её спины, срывая с неё тонкую ткань халата. Её тело откликалось на каждое прикосновение, будто каждое движение Калида высекало искры под её кожей.
– Ты моя… – хрипло прошептал он, прикасаясь губами к её уху, и это простое признание прозвучало как клятва, сжигая все преграды между ними.
Елена выгнулась навстречу, когда его губы коснулись её шеи, оставляя горячие поцелуи, вызывая дрожь, пробегающую по всему телу. Её пальцы зарылись в его густые волосы, притягивая его ближе, не позволяя ни на мгновение отстраниться. Она чувствовала его тепло, мощь, контролируемую страсть, которая едва сдерживалась в нём.
– Калид… – её голос был полон желания, и в этом звуке он услышал всё, что она не успела сказать словами.
Он поднял её на руки, словно она ничего не весила, и бережно уложил на широкую кровать, застеленную шёлковыми простынями, которые обволакивали её тело, вызывая ощущение сладкого плена. Елена смотрела в его глаза, в которых отражалось всё, что он чувствовал к ней в этот момент – страсть, нежность, жажда и невыносимая тоска, которую он сдерживал слишком долго.
– Ты уверена? – прошептал он, голос его был напряжён от сдерживаемого желания. Его пальцы легко скользнули по её щеке, затем вдоль шеи, спускаясь к ключице, оставляя за собой огненный след.
– Да… – выдохнула она, её губы дрожали от нетерпения. – Я хочу тебя, Калид. Целиком…
Эти слова сломали последние остатки его самоконтроля. Он накрыл её губы поцелуем, который был одновременно нежным и жадным, будто хотел впитать в себя её дыхание, её суть. Его руки скользили по её телу, изучая каждый изгиб, каждую линию, запоминая, как она трепетала под его прикосновениями.
Он поклонялся её телу, словно она была даром, посланным свыше, касаясь её губами с благоговением, оставляя огненные поцелуи на её шее, плечах, груди. Елена выгибалась навстречу ему, теряя контроль, отдаваясь чувствам, которые захлестнули её с головой. Её тело отзывалось на каждое прикосновение, и она чувствовала, как напряжение внутри неё нарастает, превращаясь в сладкое безумие.
Калид медленно вошёл в неё, заставив её задохнуться от переполняющих эмоций. В этот момент они слились в одно целое – два сердца, два тела, две души, ставшие единым целым в вихре страсти и нежности. Их ритм был одновременно диким и нежным, наполненным сдержанными эмоциями, которые, наконец, нашли выход. Елена цеплялась за него, её ногти оставляли тонкие следы на его спине, но он лишь улыбался сквозь тяжёлое дыхание, чувствуя, как её тело принимает его.
– Ты… моё всё… – выдохнул он, шепча эти слова, которые были признанием, обещанием и мольбой одновременно.
– И ты… – ответила она, задыхаясь от накала страсти, чувствуя, как они вместе приближаются к самому пику удовольствия.