— Она устала, — сказала Марта. — Магия отнимает силы. Но она не пострадала. Она не напугана, ваше сиятельство. Наоборот, она была счастлива. Она сказала, что может помочь цветам.

Дэмиан встал из-за стола и подошёл к окну. Он смотрел на восточный сад, который теперь зеленел и цвёл на его глазах. Сквозь старые деревья пробивались яркие пятна — пионы, которые ещё вчера были сухими палками.

— Она не знала, что у неё есть дар? — спросил он, не оборачиваясь.

— Нет, — сказала Марта. — Она была в шоке, когда поняла, что это сделала она. Но страха не было. Только изумление и радость.

Дэмиан развернулся. На его лице не было страха или беспокойства. Только решимость.

— Мы должны помочь ей, — сказал он. — Если магия проснулась, она не уйдёт. Она будет расти. Ей нужен учитель.

— Я знаю, — кивнула Марта. — Я думала о Магистре Олдрике.

Дэмиан задумался. Магистр Олдрик был старым магом-отшельником, который жил в лесу недалеко от замка. Он появился здесь двадцать лет назад, когда бежал от королевского двора, и с тех пор почти не выходил из своего дома. Его считали чудаком, ворчуном и полусумасшедшим. Но Марта знала его лучше других.

— Ты уверена, что он согласится? — спросил Дэмиан.

— Он согласится, если я попрошу, — усмехнулась Марта. — И если ему станет интересно. А история о пионах заинтересует его.

— Тогда напиши ему письмо, — сказал Дэмиан. — Я отправлю гонца. Пусть приедет сегодня.

Марта кивнула и поднялась с кресла.

— Я сделаю, ваше сиятельство. И ещё одно… — она задержалась у двери. — Она не боится магии. Она боится, что кто-то использует её против неё. Пожалуйста, не делайте этого.

Дэмиан посмотрел на неё долгим взглядом.

— Я не собираюсь использовать её, — сказал он твёрдо. — Она — моя жена. Моя семья. Если в ней проснулся дар — я помогу ей его контролировать. И никто не тронет её.

Марта улыбнулась — впервые за всё время.

— Тогда всё будет хорошо.

Через два часа в замке Ротвальд появился гость.

Анна сидела в своей комнате, пила тёплое молоко с мёдом и пыталась понять, что произошло вчера в саду. Она разглядывала свои руки — обычные, светлые, с тонкими пальцами. Никакого свечения, никакой магии. Только лёгкое тепло внутри, которое не проходило.

«Я сделала это, — думала она. — Я сделала это своими руками».

Она улыбнулась и допила молоко.

— Княгиня, — раздался голос служанки за дверью. — Вас спрашивает Марта.

Анна накинула шаль и вышла в коридор. Марта ждала её внизу. Рядом с ней стоял человек, которого Анна никогда раньше не видела.

Старый, очень старый. Лет семидесяти, с длинными седыми волосами, собранными в неаккуратный хвост. Одет в потёртую мантию с заплатками на локтях. На носу — круглые очки, а в руках — палка, которой он опирался.

Его глаза были цепкими, живыми — маленькие, светлые, они смотрели на Анну с любопытством и усмешкой.

— Так вот она какая, — сказал он негромко, с хрипотцой. — Девчонка, которая оживляет мёртвые цветы. Говорят, у тебя талант.

Анна смотрела на него и не знала, что сказать. Она ещё не до конца осознала, что вчера произошло, но внутри уже теплилось странное, почти забытое чувство — гордость за то, что она смогла что-то сделать.

— Здравствуйте, — выдавила она.

— Здравствуй, здравствуй, — буркнул старик. — Меня зовут Олдрик. Я маг. Хотя, судя по всему, ты тоже маг. Правда, ты об этом не знаешь.

Он подошёл к ней ближе, прищурился и начал ходить вокруг, разглядывая её со всех сторон. Анна чувствовала себя лошадью на ярмарке, но не испугалась — скорее, с любопытством рассматривала его в ответ.

— Ты не знаешь, как управлять даром, да? — спросил он. — Эмоции переполняют, магия выплёскивается наружу, когда ты радуешься или злишься. Слабость и головокружение после сильного всплеска. Верно?

Анна удивлённо посмотрела на него.

— Откуда вы знаете?

— Потому что я старый, — усмехнулся Олдрик. — И потому что я видел это много раз. Магия всегда просыпается через эмоции. И если не научиться контролировать её — она уничтожит тебя. Или ты уничтожишь всё вокруг.

Анна почувствовала, как по спине пробежал холодок. Но это была не паника — скорее осознание ответственности. Она спросила:

— Что мне делать?

— Учиться, — ответил Олдрик. — Я буду твоим учителем. Если ты согласна.

Анна посмотрела на Марту, на Дэмиана, который стоял у двери и внимательно слушал. Она увидела в его глазах поддержку и уважение. И поняла, что у неё есть выбор — впервые в жизни.

— Я согласна, — сказала она.

Олдрик кивнул и улыбнулся — криво, по-стариковски.

— Тогда завтра в семь утра в восточном саду. Без опозданий. Я терпеть не могу ждать.

Он развернулся и зашагал к выходу, опираясь на палку.

— И скажи своей экономке, — бросил он через плечо, — чтобы она приготовила чай с пирогами. Я буду ходить к вам каждый день.