Рыжие волосы девчонка собрала в два хвоста. На ногах у нее красовались лакированные туфли на тонком высоченном каблуке. В руках — крохотная кокетливая сумочка. Макияж Ника делать не стала. Да он был и не нужен. Взгляды и так притягивались к точеной фигурке, пикантно обтянутой со всех сторон.

Отец сдержался с трудом.

— Уже собралась? — Он подошел и застегнул на блузке нижнюю пуговку. — Вот и славно. Тогда пойдем. Я сам тебя отвезу.

Это было плохой новостью. Это Нике совсем не понравилось.

— Папочка, — ласково пропела она, — ну зачем тебе утруждаться. Отправь со мной Люка, он прекрасно справится.

Отец бросил на нее насмешливый взгляд и тоже ласково ответил:

— Что ты, доченька. Помочь тебе для меня удовольствие. И я не могу себе в нем отказать.

Глаза у него были задорные, взгляд победный. Ника мысленно скривилась, но натянула на лицо саму милую из всех имеющихся в наличии улыбок.

— Какое счастье, что у меня такой чудесный отец! — произнесла она.

— А у меня такая чудесная дочь! — Не смог не ответить сол Ренар.

И Нике осталось признать, что этот раунд она проиграла.

* * *

Ехать пришлось совсем недолго. Едва Ника села, отец провел снаружи по двери магическим артефактом и заблокировал замок.

— Для надежности, — пояснил он, увидев возмущенный взгляд девчонки, — чтобы моей умной доченьке, не закрались в голову глупые мыслишки. Нам ведь они не нужны? Не так ли, моя дорогая?

Нике жутко захотелось крикнуть: «Не так!» Но она нашла в себе силы сдержаться.

Машина вырулила на улицу, пересекла площадь и свернула на набережную. Девушка выглянула в окно. Сверху сияло летнее солнце. Небо было чистым, фантастически лазурным. Справа широкой лентой серебрилась гладь реки, слева зеленел городской парк. На скамьях сидели парочки. Няньки выгуливали детей. Ребятня щедро сыпала голубям просо. Все были веселы и счастливы.

И от этого девчонке стало совсем тошно. В сотый раз она задавала себе вопрос: «Кто сказал, что ей обязательно становиться магом? Кто так решил? Почему ее мнение никому не интересно?» Она горько вздохнула. Ответ на все вопросы сейчас ехал рядом и был вполне доволен собой.

Ника покосилась на него украдкой и продолжила мысленный монолог. «Мы еще посмотрим, папочка, кто кого!» — Пообещала она и как-то незаметно от этого обещания успокоилась.

Дорога скользнула на бульвар и свернула к кварталу доходных домов. Квартал был не из дешевых. Но Ника, привыкшая к жизни совсем в других условиях, поморщилась. Хотя, что еще ожидать от человека, зарабатывающего на жизнь частными уроками? Аристократы таким заниматься точно не станут. И она окончательно уверилась в своем превосходстве и в том, что непременно обведет этого учителя вокруг пальца. И настроение ее снова поползло вверх.

Отец остановил машину во дворе. Сам вылез, сам отворил дочери дверь, сам подал ей руку. Она послушно вышла и остро пожалела, что сдуру напялила туфли на высоких каблуках. В таких не побегаешь. «Но ничего, — успокоила Ника сама себя, — еще не вечер!» Она не стала вырывать ладонь из отцовской лапищи. А тихо, как послушная дочь, пошла рядом.

Со двора они попали в прохладное парадное. Не спеша преодолели пяток ступеней, свернули в чистый светлый коридор и оказались возле двустворчатой двери. Отец надавил на звонок.

Мелодия была неожиданно приятной, певучей. Такой Ника еще никогда не слышала. Створки приветливо распахнулись. На пороге появился молодой высокий мужчина чуть за тридцать. Приятный, подтянутый, в опрятном не слишком дорогом костюме.

Ника была бы готова признать его красавцем, но впечатление сильно портили очки. Очкариков она не любила. А потому надменно задрала подборок. «Ты еще сам от меня откажешься!» — Решила она твердо и пришла в совершенно замечательное расположение духа.

Учитель протянул отцу руку. И сол Ренуар охотно ее пожал. Что Нику слегка удивило.

— Добрый день, — поприветствовал их учитель. — Вы вовремя.

Голос у него тоже был весьма недурственный. Правда, решения девчонки это не изменило. Она беглым взором окинула квартиру и заметно повеселела. Весьма опрометчиво с вашей стороны, сол учитель! Первый этаж, окна нараспашку. И выходят они не во двор, а на бульвар. Весьма опрометчиво!

— Знакомьтесь, — сказал Сол Ренуар, — Вероника, моя дочь.

— Очень приятно, — учитель слегка склонил голову, — а меня зовут Рэймонд Моризо. Вы, сола Вероника, можете называть меня сол Моризо.

Ника скромно потупилась. В глазах ее разгоралось победное пламя, но до времени его надлежало скрыть. Еще немного, совсем чуть-чуть, и она будет свободна!

— Ну что ж, — поспешил откланяться отец, — занимайтесь. Я уезжать не буду, подожду дочь в машине.

Мужчины снова пожали друг другу руки, и дверь за отцом закрылась. Ника окончательно возликовала: «Теперь ее побегу не мешало ничего».

Она уставилась на учителя и нарочито капризным тоном произнесла:

— Рэй, душка, принесите, пожалуйста, мне воды. Сегодня ужасно жарко!