Мне становится смешно. Искренне. Я знаю Макса, он не любит сплетни и уж точно не любит их распускать. Поэтому к такому заключению девочки явно пришли сами. Чтобы успокоить себя и поверить в силу того самого знаменитого бумеранга. А мне смешно, потому что всё оказывается слишком предсказуемо.

— Простите, но у меня много работы. Если вы пришли сюда, чтобы озвучить очевидные вещи или поглумиться над павшим врагом, то — зря. Мне всё это неинтересно.

— Боишься меня, да?

Если бы рядом сейчас был Наиль — вряд ли. Но мы один на один. Поэтому — да, есть чуть-чуть. Но я тебе в этом не признаюсь, стерва.

— Моя охрана просто следит за порядком. Всё просто. Тем более у нас с вами уже был один неприятный инцидент.

— Ты получила по заслугам. Но я другого понять не могу. Если ты такая уверенная в себе фифа, почему всё еще держишь его? — светлые брови Оксаны сходятся на переносице.

Моя маска спокойствия совсем чуть-чуть «съезжает» с лица. Наружу просачивается удивление.

— Кого я держу?

— Не строй из себя дурочку, — Оксана брезгливо кривится. — Я про Макса говорю. Он тебя вышвырнул, а ты вместо того, чтобы уйти, пытаешься вернуться. Зачем? Вас ничего не объединяет. Он даже ребенка тебе не сделал.

Речь о ребенке неожиданно попадает в центр грудной клетки. Отбрасывает мыслями в тот день, когда Макс заговорил об аборте. Меня был готов под нож пустить, а свою первую жену — нет. Я помню об этом. Слишком хорошо помню, отчего становится только больней.

— Я никого не собираюсь и уж тем более не пытаюсь вернуть, — отвечаю сухо.

Оксана мне не верит. Я это ощущаю кожей. Покалеченное в прошлом плечо начинает невыносимо зудеть и жечь. Знаю, что это только в моей голове, но избавиться от этого фантома сейчас не получается.

— Да неужели? — Оксана фыркает и смотрит на меня так, будто я — маленькая непослушная девочка, которую воспитательница в очередной раз поймала на лжи.

Меня злит эта негласная расстановка ролей. Злит, что Оксана по умолчанию считает себя выше и мудрей меня только потому, что старше.

— Всё, что мне нужно от Макса — его согласие дать развод. Он его давать не хочет. Назло. Потому что я посмела уйти от него к другому мужчине. Посмела выбрать не его. Почему Макс не хочет возвращаться к вам, Оксана, мне неизвестно. Да и не мое это дело. Сами разбирайтесь.

Теперь пришла ее очередь удивляться. Я не жду, пока Оксана придет в себя, продолжаю:

— Думаю, вам нужно не ко мне обращаться, а к помощнице Макса. Она давно на него глаз положила.

Удивление Оксаны проступает на лице ярким отпечатком. Я даже на несколько секунд ловлю себя на том, что… мне жаль ее. По-человечески и по-женски. Оксана так и не переросла Макса. Она права, у нас с ним нет детей, мне было в чем-то проще уйти от него. А у них дочь. Любимая и наверняка желанная. Но это всё же не оправдывает поступок Оксаны.

— У меня работа, — напоминаю.

Я не желаю всего хорошего и прочую подобную вежливую чепуху не озвучиваю. Просто выхожу из-за стола и указываю взглядом на дверь. Грубо? Невежливо и некрасиво? Может быть. Но мне не стыдно. Это моя территория. Я ни в чем не виновата перед этой женщиной, чтобы теперь прыгать перед ней на задних лапках.

— Больше здесь не появляйтесь и решайте свои проблемы с Максимом сами, — говорю напоследок и закрываю перед носом Оксаны дверь в свой кабинет.

Медленно выдыхаю, когда слышу звук удаляющихся шагов.

Это была максимально дикая встреча, но, как ни странно, я рада, что она случилась. Лишний раз напомнила мне о том, почему же я всё-таки решила уйти от Макс.

Возвращаюсь на свое рабочее место. Замечаю, что от Наиля пришло сообщение. Он сегодня забронировал для нас столик в итальянском ресторане. Эта новость вызывает у меня улыбку. Фантазия умело рисует картинки нашего совместного вечера и… ночи.

Внизу живота мгновенно возникает обжигающее тепло. Хочу перевести стрелки часов и уже оказаться в том отрезке времени, где мы будем с Наилем вдвоем, но нужно запастись терпением.

Всё-таки пересиливаю себя и возвращаюсь к работе. Когда наступает долгожданный вечер я звоню Наилю, чтобы уточнить, как и где мы встретимся.

— Езжай в ресторан. Я скоро буду.

Во мне внезапно просыпается тревога. Я смотрю на погасший экран смарта. В голове всё еще звучит голос Наиля. Слишком серьезный и даже чуточку злой. Я не привыкла слышать его вот таким. Тревога начинает множиться.

Кажется, я банально себя накручиваю. Ну или же встреча с Оксаной оставила на мне куда более яркий отпечаток, чем я могла предположить.

В ресторан я отправляюсь сама. Меня проводят за столик, подают меню и вежливо интересуются, не хочу ли я сразу же сделать заказ. Также вежливо отказываюсь и остаюсь в одиночестве. Первое время искренне пытаюсь изучить меню, но чем дольше я нахожусь сама за столиком, тем сильней становится моя тревога.

Пытаюсь убедить себя в том, что причин для нее нет. Но это же ложь. Причина есть. Одна, но очень весомая. И эта причина — Макс.