На меня злишься, любимый? Или на себя?

— Надень другое платье, — бросает.

— Меня это устраивает.

— Я, блядь, вижу твою грудь, Ива.

— На мне нижнее белье, Смолин.

— Настолько тонкое, что я даже отсюда могу увидеть твои соски.

— А ты отвернись и поторопись, иначе не успеешь к своему Левину на праздник.

На долю секунды создается впечатление, что Макс меня не послушается. Но он лишь скрипнув зубами, уходит.

Мы выезжаем почти одновременно, только машина каждого из нас устремляется в разные стороны.

Настроения для веселья у меня нет. Внутри — одна сплошная пустота. Тем не менее я довожу начатое дело до конца и вскоре останавливаюсь возле «Феромона».

Рядом со знакомым спорткаром.

Сердце будто пропускает удар, когда я понимаю, что где-то здесь находится Наиль.

Ива

У меня еще есть возможность всё переиграть. Сесть обратно в машину и вернуться домой. Или не домой, а, например, заехать в гости к Мире. Без предупреждения.

Нет. Это слишком. Не хочу ставить подругу в неловкое положение. Начнет еще волноваться и суетиться.

Могу поехать в спорткомплекс и все свои эмоции выплеснуть на боксерскую грушу. Не только же мужчинам ее колотить, верно?

Оба варианта я смело отметаю. Я здесь, чтобы отдохнуть и перезагрузиться. Никто не имеет права рушить мои планы.

Нервно провожу ладонью по тонкой ткани своего платья, выдыхаю и возобновляю шаг.

В тепле «Феромона» играет музыка. Сквозь нее время от времени прорезается смех гостей.

Мой взгляд непроизвольно скользит по их лицам. Все они мне незнакомы. К счастью.

Сердцебиение успокаивается, но сознание всё еще жалит мысль, что я повела себя слишком резко в последнюю нашу с Наилем встречу. А теперь… Теперь элементарно боюсь с ним пересечься.

Глупая.

Да и потом я предупреждала Наиля насчет своих принципов работы. Он не послушался. Но мне всё равно стыдно.

Пробираюсь к бару, удобно устраиваюсь на высоком табурете и делаю заказ.

Когда я собиралась сюда, смутно представляла, что именно буду делать, кроме как попивать «Маргариту». Сейчас ситуация ничуть не стала яснее. Веселья не прибавилось, легкости — тоже.

Улыбчивый бармен подает мне мой коктейль и подмигивает. Я эту игру не подхватываю, не краснею и не смущаюсь. Просто в знак благодарности слегка киваю и делаю маленький глоток.

Один трек сменяется другим. Я медленно потягиваю свою «Маргариту», но даже ей не удается исправить мое настроение. В общем-то я и не строила иллюзий. Ситуация со Смолиным слишком тяжелая и болезненная. Такое запросто из головы не выбросишь.

Когда чувствую, что в переносице начинает знакомо жечь, я часто моргаю и сосредотачиваюсь на музыке. Я уже выполнила свою «слезливую норму», снова распускать сопли нет никакого желания.

Соседи за барной стойкой сменяются с разной частотой. Один из них вполне серьезно решает ко мне подкатить. Со мной такого, кажется, никогда еще не было. Макс — единственный мужчина, которого я так близко к себе подпустила. А Наиль… Он подкатывал совсем иначе.

Я слегка теряюсь. Обычно, я везде хожу со Смолиным. А там, где хожу одна, подкаты не предусмотрены.

Мужчина буквально напирает на меня. Я говорю свое жесткое «нет». Он наконец-то оставляет меня в покое.

Делаю еще один глоток. Настроение не то, что не ползет вверх, оно стремительно катится вниз. И на что я вообще рассчитывала?

Снова смотрю на посетителей. Снова ни одного знакомого лица.

Может, он уже давно уехал? Может, вообще уехал не один?

Я пытаюсь себя успокоить этими мыслями, но получается плохо.

Очередной трек сменяется более плавным. У него глубокое и неторопливое звучание.

Я оставляю свой полупустой бокал на барной стойке и соскальзываю с табурета. Направляюсь к танцполу. Не помню, когда я в последний раз танцевала. Макс не из тех мужчин, кого можно сюда затянуть, а самой… Самой как-то не хотелось. До этой секунды.

Смешиваюсь с толпой. Чувствую легкий жар, приливший к щекам. Вслушиваюсь в ритм, прикрываю глаза. Двигаюсь, подняв голову навстречу темно-синему свету софитов и стробоскопов.

Танцую. Скольжу ладоням по своему телу. Поднимаю руки над головой и выписываю бедрами плавные и медленные восьмерки.

Алкоголь всасывается в кровь. Жар усиливается. Я чувствую себя чуть легче, свободней.

Ткань платья мягкая и податливая, поэтому не сковывает моих движений.

Я беззвучно подпеваю исполнительнице. Кайфую.