— Марьям порядочная девушка из порядочной и обеспеченной семьи. Они только рады будут породниться с нами.

— Я взрослый мужик, Адиль. Мне не нужно искать пару. Я свою уже нашел. Искал долго. Да, признаюсь, в прошлом творил всякую фигню. Не думал о серьезных отношениях и семье. Раньше мне это казалось не важным и не нужным. Но теперь всё изменилось. Не надо вмешиваться в мою личную жизнь, иначе поссоримся. А я этого очень не хочу.

— Ссора неизбежна, брат. Не со мной. С родителями. Они ее никогда не примут. — Адиль встает и одергивает края своего пиджака. — Не забудь позвонить матери. Не провожай. Тебе сейчас отдыхать нужно.

Ива

Шумно выдыхаю и прижимаюсь затылком к подголовнику.

Времени у меня на самом деле в обрез, нужно действовать быстро, но я никак не могу заставить себя выйти из машины.

Надо. Надо собраться. А мне страшно. До спазмов в животе.

Бросаю взгляд на дом, в котором мы жили с Максом. Теперь даже в мыслях язык не повернется его назвать нашим. И это так странно. Непривычно.

Проглатываю комок и всё же выхожу из машины.

Мой план прост: забрать только самые необходимые вещи и уйти. Всё что касается развода и раздела имущества будем решать уже через адвокатов. Впрочем, и решать толком нечего. Я ни на что претендовать не собираюсь, кроме своего фитнес-клуба, который Макс мне подарил. Слишком много сил и времени я в него вложила, чтобы просто так отдать.

Наиль явно не одобрил бы мою эту затею с приездом, поэтому я ничего ему не рассказала. Не хочу, чтобы он зря волновался. Макса всё равно сейчас нет дома. В такое время он, обычно, уже на работе.

Да, я веду себя как банальная трусиха, избегая собственного бывшего мужа. Но… Я видеть его не могу. Не могу и не хочу. После того, что он сделал с Наилем… Этого я ему никогда не прощу.

У меня было достаточно времени, чтобы рассмотреть каждый синяк, каждую ссадину Наиля. На некоторые участки его тела до сих пор страшно смотреть. Чувство вины жрет меня изнутри. Нужно было раньше уходить, не доводить всё до пика. Но ирония заключается в том, что Макс при любом раскладе сделал бы нечто подобное, он не из тех людей, которые молча стерпят предательство и уйдут, гордо задрав голову.

Заправляю прядь волос за ухо и семеню к крыльцу.

На самом деле, кроме вещей, дел скопилось предостаточно. Мои девочки уже оборвали мне весь телефон. В «Плазе» я еще не появлялась, все эти три дня провела рядом с Наилем. Но себе я пообещала начать с малого и потом уже перейти к основному.

Я спокойно захожу в дом. Мне никто не мешает. Это, кажется, хороший знак, верно?

Одергиваю себя. Уже тошнит от этого страха и напряжения. Карты вскрылись. Бояться больше просто нечего.

Прикусив внутреннюю сторону щеки, я быстро разуваюсь и на носочках взлетаю вверх по лестнице. Сердце бешено колотится. В висках жестким эхом отдается пульсация. Адреналин врезается в кровь.

Чувствую себя воровкой. Времени, чтобы убедить себя в обратном у меня, к сожалению, нет.

Когда-то мне было комфортно и уютно в этом доме. Я отлично помню то, как Макс перенес меня через порог после нашей свадьбы. Это было так кинематографично и романтично. Он это сделал для меня, я знаю. А теперь я считаю минуты до того, как уйду отсюда и больше никогда не вернусь.

Торможу у дверей, которые ведут в нашу спальню.

Пытаюсь продышаться и привести свои хаотичные мысли хотя бы в относительный порядок.

Жму на ручку, заглядываю внутрь и тут же замираю.

Макс.

Он не на работе.

Застрявший воздух царапает глотку. Хочу попятиться, но не могу сдвинуться даже на сантиметр.

Не сразу замечаю, что он спит. Лежит одетый поверх одеяла. Обувь небрежно сброшена в угол. На прикроватной тумбочке стоит пепельница, доверху заполненная окурками. На полу валяются полупустые и просто пустые бутылки. Окна наполовину занавешены.

Воздух в спальне уже застоялся. Нужно бы проветрить.

Я живо вспоминаю тот вечер, когда Макс после нашей ссоры впервые напился. Сейчас ситуация будто повторяется, но ухудшившись пунктов на сто.

Я не хочу испытывать еще б о льшое чувство вины. Мне его и так с головой хватает.

Просто включи суку, Ива. Сделай то, зачем пришла и уйди.

Пытаюсь придерживаться этой тактики, но она почти сразу же расходится по швам. Я не успеваю даже достать дорожную сумку из гардеробной, когда слышу движение в спальне. За ним следует звон бутылок и тихий отборный мат.

Сердце так гулко грохочет в груди, что мне кажется, его слышно во всём доме.