Утром Кайл пришёл ровно в девять. С ним был адвокат — невысокий, лысоватый мужчина с цепкими глазами и блокнотом в руках. Представился он как господин Рейнард, адвокат с двадцатилетним стажем, специалист по наследственным делам высшего света.

Я провела их в отдельный кабинет на втором этаже — тот самый, который мы оборудовали для шахматного клуба. Там было тихо, уютно, пахло деревом и книгами. Мы сели за низкий столик, Лина принесла кофе и пирожки, и начался разговор.

— Леди, — начал Рейнард, раскладывая перед собой бумаги. — Я изучил иск ваших родителей. Ситуация неприятная, но не безнадёжная. У них два основных аргумента: ваша недееспособность и сомнительность завещания. Нам нужно опровергнуть оба.

— Как? — спросила я.

— Для начала нам нужны доказательства вашей вменяемости, — он вытащил из портфеля несколько листов. — Я подготовил список свидетелей, которые могут подтвердить, что вы ведёте нормальный образ жизни, занимаетесь бизнесом, платите налоги. Ваши работники, постоянные клиенты, поставщики. Но этого мало.

— Чего ещё?

— Нам нужно медицинское заключение, — Рейнард посмотрел на меня поверх очков. — Официальное, от признанного лекаря, что вы психически и физически здоровы. У вас есть такой?

— Нет, — призналась я. — Но могу пройти обследование.

— Уже договорился, — вставил Кайл. — Лучший лекарь столицы согласился приехать завтра и провести осмотр. Его заключение не оспорит никто.

Я посмотрела на него с удивлением. Он уже всё организовал, даже не спрашивая меня.

— Второе, — продолжал Рейнард. — Нам нужны финансовые документы, подтверждающие, что ваш бизнес приносит доход. Выписки из банка, налоговые отчисления, договоры с поставщиками. Всё это у вас есть?

— Есть, — кивнула я. — Я веду учёт, у нас всё записано.

— Отлично.

Мы проговорили ещё часа два. Рейнард записывал, задавал вопросы, уточнял детали. Кайл сидел молча, только иногда вставлял замечания. К обеду у нас был готов план действий.

— Завтра приезжает лекарь, — подвёл итог Рейнард. — Послезавтра я подаю ходатайство о привлечении свидетелей. Через два дня начинается суд. Всё это время вы должны вести себя безупречно — никаких скандалов, никаких подозрительных действий. Работайте как обычно, общайтесь с клиентами, будьте на виду. Чем больше людей увидят вашу нормальность, тем лучше.

— Я поняла, — кивнула я.

Мы спустились вниз. В холле было полно народу — обеденный наплыв, Лина носилась с подносом, Тиана помогала на кухне, призраки работали на публику. Я встала за стойку и принялась варить кофе.

Рейнард сел за свободный столик, заказал ещё одну чашку и наблюдал. Кайл устроился в углу с книгой и делал вид, что читает, но я видела, как он поглядывает на меня поверх страниц.

Я работала. Варила кофе, разносила заказы, улыбалась посетителям, шутила с постоянными клиентами. Строители, которые пришли, как обычно, после смены, галдели, смеялись, рассказывали новости. Пожилая пара читала газеты за своим любимым столиком у окна. Молодая мама с ребёнком пила латте, пока Иви развлекала малыша, летая вокруг и сыпля блёстками.

Где-то в середине дня Кайл встал, подошёл к стойке.

— Чем помочь? — спросил он.

— Ничем, — ответила я. — Сиди и не мешай.

— Я серьёзно, — он оглядел зал. — Людей много, Лина одна не справляется. Давай я буду относить заказы.

— Ты? — я уставилась на него. — Лорд-дракон, генерал, с подносом?

— А что такого? — он пожал плечами. — Руки не отвалятся.

Я посмотрела на него, на его дорогую одежду, на его аристократические манеры, и хмыкнула.

— Хорошо, — сказала я. — Держи. Отнеси вон тем двум господам в углу. Только осторожно, не расплескай.

Он взял поднос, пошёл к столику. Шёл он уверенно, но я заметила, как напряглись его плечи — боялся, что прольёт. Донёс, поставил, даже поклонился церемонно. Посетители выпучили глаза, но промолчали.

Кайл вернулся к стойке.

— Видишь? — сказал он. — Умею, когда надо.

— Молодец, — похвалила я. — Теперь помоги Лине собрать грязную посуду.

Он пошёл собирать. И тут началось.

Кайл взял стопку тарелок, понёс на кухню, споткнулся о порог и едва не уронил всё. Тарелки зазвенели, но удержались. Он выдохнул, пошёл дальше, и тут его рука задела стоявшую на краю стола чашку. Чашка упала и разбилась.

— Чёрт! — выругался Кайл, глядя на осколки.

Я подошла, взяла веник и совок.

— Драконья сила, — сказала я. — Не рассчитана на посуду?

— Похоже на то, — он смотрел на свои руки так, будто видел их впервые.

На следующий день он снова попытался помочь. На этот раз взялся вытирать столы после посетителей. Всё шло хорошо, пока он не наткнулся на столик, за которым сидела пожилая пара с маленькой собачкой. Собачка, увидев дракона (пусть и в человеческом обличье), зашлась лаем и кинулась под ноги. Кайл споткнулся, взмахнул тряпкой и смахнул со столика вазочку с сахаром. Вазочка разбилась вдребезги, сахар рассыпался по всему полу.