— Вам следует быть благодарной его величеству, мадемуазель, — сказала она, — за то, что он приблизил вас к себе. Жалкая замухрышка из провинции, могли ли вы мечтать, что будете жить во дворце? Так наслаждайтесь этим, пока у вас есть такая возможность. Потому что как только ваш брак с его величеством будет расторгнут, вы вернетесь туда, откуда прибыли. И поверьте — о вас забудут сразу же, как только ваша карета отъедет от крыльца.

— Вы не смеете так со мной разговаривать! — выдохнула я.

Брови блондинки изумленно взмыли вверх — кажется, настоящая Беренис не имела привычки давать ей отпор. Но потом она рассмеялась в ответ. Судя по всему, она прекрасно знала, что любовнице мужчина может позволить куда больше, чем нелюбимой жене. А тем более — нелюбимой невесте.

— Еще как смею, мадемуазель! Само ваше нахождение при дворе уже оскорбляет его величество. Ему неприятно находиться рядом с вами. Для всех было бы лучше, если бы вы постарались пореже выходить из своей комнаты. Иметь такую королеву — позор для Рузании. А прежде, чем вы снова решите мне возразить, просто посмотрите на себя в зеркало! Вы — гадкий утенок, которого невозможно любить.

Она скрылась в доме и захлопнула дверь. А я развернулась и быстро пошла в сторону моста через ручей, стараясь не обращать внимания на всхлипывания моей спутницы, что пыталась за мной поспевать. Мне нужно было вернуться домой как можно быстрей. Я должна была посмотреть на себя в зеркало!

К счастью, мы добрались до апартаментов Беренис никем не замеченные — мне совсем не хотелось, чтобы в таком виде нас видел кто-то еще. Довольно было и насмешек короля и его любовницы.

Мне нужно было еще очень многое узнать о девушке, в тело которой я попала, о мире, в котором так неожиданно оказалась, и о людях, которые меня окружали. Да и людьми ли они были вообще?

Но, как ни странно, то, что я видела сейчас, когда мы шли по длинным коридорам дворца, казалось мне уже знакомым. Наверно, вместе с телом Беренис мне досталась и частичка ее памяти.

Ее комнаты находились в дальней и совсем не парадной части дворца — должно быть, его величество предпочитал встречаться со своей невестой как можно реже. И стоило мне взяться за медную, начищенную до блеска ручку двери, как я явственно услышала чьи-то голоса.

«Его величество никогда ее не полюбит! Ей следует смириться с этим и не требовать многого!»

«Она недостаточно знатна, чтобы быть королевой. И говорят, что в ней нет ни капли магии».

«Ей просто повезло, что ее отец погиб, спасая старого короля, и тот в благодарность за это решил женить на ней своего сына».

Я отдернула руку от двери и закрыла ладонями уши. Бедняжка Беренис! Даже если ей не говорили этого в лицо, она слышала это за своей спиной. И каково ей — юной доверчивой девушке — было оказаться в таком серпентарии, как королевский дворец?

— Ваше сиятельство, с вами всё в порядке? — моя спутница смотрела на меня с тревогой.

Ответить ей я не сумела — стены закружились у меня перед глазами, и я как подкошенная рухнула на пол.

Пришла в себя я в незнакомой комнате уже утром. Кровать, на которой я лежала, была огромной. Высокие подушки, немыслимо мягкий матрас и воздушное одеяло. И белоснежное постельное белье, расшитое вышивкой и кружевами.

Стены комнаты обиты тканью нежно-кремового цвета. На потолке — лепнина. На окнах — тяжелые шторы, задернутые недостаточно плотно, чтобы не пропустить солнечные лучи.

Сначала я подумала, что сплю. Потом вспомнила, что накануне я рассталась с Денисом, и решила, что я в гостинице. Должно быть, так устала прошлой ночью, что не запомнила, как добралась до неё.

А еще этот странный сон про королевский дворец и девушку по имени Беренис. И чего только не приснится от волнения?

Но что-то всё-таки было не так. Не слышно было привычного для большого города шума за окном. А на мне была странная сорочка — с закрытым воротом и длинными рукавами. В такой я могла спать разве что в детстве. Ох, а еще на маленьком столике у окна стоял подсвечник. И это был не обычный электрический светильник, а самый настоящий канделябр со свечами. И всё, что я видела вокруг себя, было похоже совсем не на гостиницу, а на комнату в каком-нибудь музее.

Дверь, находившаяся справа от кровати, тихонько скрипнула и приоткрылась.

— Проснулись, ваше сиятельство? — задавшая вопрос девушка показалась мне смутно знакомой.

Кажется, это та, вчерашняя, из парка. А это означало только одно — что всё это мне вовсе не снилось.

— Я сейчас распоряжусь насчет завтрака, ваше сиятельство.

Она исчезла, а я поднялась с кровати. На стоявшем у стены кресле лежал красивый бархатный халат, и я накинула его на плечи. Приоткрыла дверь. Она вела не в коридор, а в другую комнату — небольшую, но тоже очень уютную. И там было трюмо!