— Я рад, что вы это понимаете, мадемуазель! Вы рано лишились матери, и некому было научить вас некоторым правилам, с которыми обычно девушки знакомятся еще в детстве. А сейчас на вас особая ответственность. Вы всякий раз должны думать о том, как то или иное действие отразится не только на вашей репутации, но и на отношении к вам его величества.

Я издала смешок.

— А разве может его величество относиться ко мне с еще большим пренебрежением, чем сейчас? Возможно, застань он меня сейчас в комнате с герцогом Бризье, он только порадовался бы этому? Это дало бы ему повод расторгнуть помолвку. Разве не так?

Теперь уже не имело смысла ходить вокруг да около. Раз уж мы начали разговаривать столь откровенно, то я хотела многое прояснить.

— Мы ступаем на зыбкую почву, ваше сиятельство, — растерялся маркиз. — Мы не можем обсуждать или осуждать поступки нашего короля.

— Разумеется, сударь, — согласилась я. — Но мне хотелось бы понять — если я так не нравлюсь его величеству, то почему он просто не расторгнет помолвку?

И снова в комнате воцарилось молчание. Маркиз смотрел куда-то в сторону, избегая встречаться со мной взглядом. Эта тема была слишком опасной, и он, будучи опытным придворным, прекрасно это понимал.

Он был не обязан отвечать, но всё-таки ответил:

— Ваш брак был желанием его отца, и его величество не может нарушить данное отцу слово.

Это я знала и сама. А вот ответ на следующий вопрос был для меня загадкой.

— Но почему его отец хотел, чтобы этот брак был заключен?

— Граф Деланж спас жизнь короля Дидье, — медленно ответил маг, — и он попросил его величество позаботиться о своей дочери, то есть о вас.

Я горько рассмеялась:

— Это я знаю, ваше сиятельство! Но согласитесь, что есть множество способов позаботиться о дочери героя, отдавшего жизнь за короля, кроме как женить на ней собственного сына. Он мог дать мне хорошее приданое и выдать замуж за богатого вельможу. Или устроить меня в лучший в Рузании пансион для благородных девиц. Он не мог не понимать, что такой брак вызовет недоумение высшего общества, и что я ни за что не стану своей при дворе, как бы я ни старалась. И что его сын никогда не сможет меня полюбить. Так почему он всё-таки на это пошел?

Теперь старый маг смотрел уже прямо на меня. Он мог просто подняться и уйти, оставив меня с моими вопросами. Но раз он не сделал этого сразу, значит, всё-таки хотел мне что-то сказать.

— Давайте я расскажу вам о том, что случилось в битве при Кемпьене, — наконец, произнес он первую фразу. Но потом снова надолго задумался. — Дидье Десятый тогда прибыл на поле боя, дабы поддержать свои войска. Его приезд держался в строжайшей тайне, но неприятель всё-таки о нём узнал и собрал своих лучших магов именно в том месте, где появился его величество. А для нас это стало неожиданностью.

Он погрузился в свои воспоминания и на какое-то время словно забыл обо мне. Морщины на его лбу прорезались еще чётче, а сцепленные над коленями руки дрожали.

Наверно, у настоящей Беренис его рассказ вызвал бы целую бурю эмоций — и вновь переживаемую от потери отца боль, и гордость за его подвиг. Но я не была знакома с графом Деланжем, а потому слушала маркиза почти спокойно. Меня интересовал лишь ответ на заданный вопрос — что побудило старого короля выбрать в жены своему сыну скромную провинциальную барышню, о которой он почти ничего не знал?

— К сожалению, в тот момент, когда враги напали на его величество, я находился довольно далеко, а маги, которые были рядом, растерялись и не смогли выставить защитные щиты. Личная охрана короля была сражена, а находившиеся рядом придворные и вовсе в панике бежали в ближайшее укрытие. По сути, его величество остался один перед врагами, и следующий удар наверняка поразил бы и его самого. Если бы не ваш отец, мадемуазель.

Я попыталась представить всё то, что нарисовал сейчас маркиз Верон. А представив, посмотрела на рассказчика с удивлением. Как один человек мог отразить столь мощную атаку? И даже если граф заслонил собой короля, разве этого было достаточно?

— Его магический щит оказался таким прочным, что ни единый удар врагов не достиг его величества. Конечно, долго удерживать этот щит он не мог — слишком неравными были силы, ведь против него стояли лучшие маги противника. Но ваш отец продержался несколько минут — этого оказалось достаточно, чтобы я подбежал достаточно близко, чтобы напасть на врага. А потом, наконец, опомнились и другие маги. Граф Деланж погиб как герой, и до последней секунды он думал о вас, мадемуазель. Но когда он просил короля позаботиться о вас, он, разумеется, вовсе не думал о том, что забота окажется именно такой. Это уже сам его величество принял решение, из-за которого вы оказались во дворце.