Гаев очень хотел устроить по поводу выздоровления Польки грандиозный праздник с клоунами, цирковыми номерами и салютом, мне с большим трудом удалось уговорить его повременить с торжеством. Пусть Полька немного прийдет в себя и наберется сил, вот тогда и отметим.

Дни бежали за днями, жизнь постепенно возвращалась в привычное русло. Мы жили втроем — я, Манюня и Полька. Гаев бывал у нас ежедневно, мамуля с мужем заезжали примерно два — три раза в неделю. Я снова вышла на работу, к радости своих клиентов. В общем, жизнь налаживалась.

К мамулиному дню рождения Полька снова начала ходить в садик и на рисование. С плаванием и танцами решено было пока повременить, слишком серьезной оказалась операция, надо было подождать с физическими нагрузками.

Свой очередной день рождения мамуля решила отметить с размахом, пригласив многочисленных друзей и знакомых. Даже Яниса не обошла, прислала и ему приглашение. Гаев, само собой разумеется, тоже был в числе приглашенных. Польку мы взяли всего на пару часов, очень ей хотелось побегать по красиво оформленному залу в настоящем бальном платье, а потом Гаев отправил дочь с няней к себе домой. Там свежий воздух, там много места и охрана бдит, пусть побудет у него, пока родители развлекаются.

Янис, в смокинге, элегантный, как концертный рояль, улучил момент и пригласил меня танцевать. Мы сделали круг, а потом решили выйти на террасу, подышать свежим воздухом. Пока я пыталась отдышаться, что-то совсем закружил меня мой кавалер, Ян решил, что настало время для серьезного разговора.

— Тебе не стоит связывать с ним свою жизнь, — заявил он с места в карьер.

Делать вид, что не понимаю, о ком он говорит я не стала.

— Интересно, почему?

— Он два раза был женат и ничего хорошего из этих браков не получилось.

— Ян, это не показатель, — отмахнулась я.

— Допустим, но все равно это плохая идея выйти замуж за такого, как Гаев, — упрямо сказал Янис.

— Хорошо, какая идея, по-твоему, хорошая?

Задавая подобный вопрос я ничем не рисковала. Из намеков Манюни я уже знала, что у Яна появилась некая приятельница, с которой он проводит свободное время. Манюне она, к слову, нравилась. Дочь назвала ее «неплохой теткой», а это в ее устах был настоящий комплимент.

— Ну, — неторопливо ответил Янис, — всем ясно, что Гаев тебя в покое не оставит. Знаешь, я бы на твоем месте, съездил куда-нибудь на отдых. Море, солнце, свежий воздух пошли бы тебе на пользу.

— К себе не приглашаешь? — уточнила я.

— Почему? Если хочешь, приезжайте. Я буду очень рад. Квартира у меня не маленькая, найдется место для женщины с ребенком, — ответил Ян. — С двумя детьми, если Мария решит составить вам компанию.

— Спасибо, — поблагодарила от души. — Только это ведь не выход. Все равно, рано или поздно, но прийдется возвращаться.

— Ты его боишься, что ли? — нахмурился Ян.

— Кого? Гаева? С ума сошел, — покачала головой в ответ. — Разумеется, нет.

— Тогда что тебя беспокоит? Откажи ему, верни это роскошество, — Ян ткнул пальцем в мой бриллиант, — и живи себе спокойно.

Я посмотрела на камень и попыталась обратить наш разговор в шутку.

— Жалко. Я уже с ним сроднилась.

— С кольцом или с его дарителем? — усмехнулся Ян.

— С кольцом. А на счет дарителя … Не знаю, — ответила честно.

Наш разговор зашел в тупик, мы немного помолчали, потом я под благовидным предлогом, что надо помочь мамуле, ушла, оставив Яна одного. Вскоре Ян поцеловал мамуле руку и отбыл в отель. Наутро ему надо было возвращаться к себе домой.

Мамуля, принимая поздравления, весь вечер держала меня под своим пристальным наблюдением. Когда я собралась уезжать, она поцеловала меня и шепнула:

— Приезжай завтра к нам, поговорим.

— А ты уверена, что не проспишь весь день?

— Я уверена, что мне есть о чем поговорить с единственной дочерью.

— Приеду, — пообещала я.

Мамуля приветливо кивнула Платону и опустила нас с миром. Мы поехали к нему. По дороге говорили о каких-то пустяках, смеялись и строили планы на следующие выходные. Я была благодарна Гаеву за то, что он до сих пор не потребовал ответа на свое предложение. И все-таки понимала, что дальше тянуть нельзя. Надо что-то решать. А решать не хотелось. Хотелось оставить все так, как есть. Жаль, что Платона нынешняя ситуация не устраивала.

В его доме мы пожелали друг другу хороших снов и разошлись по комнатам. Гаев прошел к себе, я устроилась в спальне рядом с Полькиной. А утром увидеться нам не удалось — Гаев уехал ни свет, ни заря, оставив в нашем распоряжении машину с водителем.

Я завезла Полинку в детский сад, пообещала забрать ее после дневного сна и поехала к мамуле. Не успели мы устроится за столом, как мамуля спросила в лоб:

— Замуж за Гаева ты не хочешь?

— Да не знаю я, — ответила в сердцах. — Меня устраивает все, как есть.