Даня подходит, опускаясь передо мной на колени, а меня трясёт. Руки дрожат, и озноб гуляет по телу. Боже, я не хочу этого ребёнка. НЕ ХОЧУ! Посещает мысль сделать аборт. Но я столько шла к тому, чтобы стать матерью. Касаюсь лба рукой, смотря растерянно на друга.

- Я не брошу тебя, - говорит тихо и уверенно, всё ещё сжимая в руках злополучный тест, и я понимаю, что бумага может врать.

- Сделаю ещё один, - быстро решаю, и, кажется, осознание того, что он может быть ошибочным, меня окрыляет.

Думала ли я в прошлом месяце, оплакивая одинокую полоску на тесте, что в этом буду мечтать о том, чтобы увидеть именно её?

- Ладь, - Даня укладывает голову мне на колени. Могу позавидовать его спокойствию, хотя не он станет матерью-одиночкой неизвестно от кого. – Ты же так хотела его!

Но я отрицательно качаю головой, прислонив ладонь ко рту. Слёзы наворачиваются сами. Друг поднимается, чтобы сграбастать в объятия, и я не сопротивляюсь. Зарываюсь в его футболку, принимаясь орошать её слезами, а он гладит по спине, а потом по голове, давая вволю выплакаться.

- Я убью его, - говорю сквозь слёзы, шмыгая носом. – За что? За что так со мной? Я же просто хотела быть счастливой!

Он понимает, потому молчит. Слова здесь излишни. И без них ясно, что он думает по этому поводу.

- Я не брошу тебя никогда, - долетает его шёпот до моего уха, но я не знаю, как реагировать. – Если ты беремена, я готов принять этого ребёнка.

Отстраняюсь, испуганно смотря на Даню.

- Мне не нужна твоя жертва!

Уверена, что выгляжу ужасно с красным носом и заплаканными глазами, но он мой друг, должен видеть меня любой, даже такой слабой и сломленной.

- Это не жертва, Ладь. Я просто хочу быть с тобой, и мне плевать на всё, что происходит!

- Ты понимаешь, что это может быть ребёнок от какого-то неизвестного мужика? - снова принимаюсь рыдать, потому что от осознания этого становится страшно.

- Успокойся! – он настроен решительно. Вижу, что сам еле сдерживает эмоции, но старается для меня. – Это вредно в твоём положении!

- Иметь ребёнка от насильника вредно в моём положении! - сетую на судьбу. – Я же его видела только раз! – не могу успокоиться, снова шмыгая носом. – Ну или два!

- Это может быть ребёнок твоего мужа! - напоминает. – Но в любом случае – он твой! Ладь. Это твой малыш! Этого уже достаточно, чтобы я полюбил его.

Бросаю взгляд из-под насупленных бровей.

- Не говори ерунды!

- Но это правда! Ребёнок продолжение женщины, которую я…

Моя ладонь быстро метнулась к его лицу, закрывая рот, чтобы в очередной раз не слышать этого признания.

- Не надо, - останавливаю словами. Его рука ложится на мою и палец гладит кожу.

Неужели он не понимает, что сейчас это последнее, что мне нужно? Даня будто читает мои мысли. Ложится, предлагая занять место с ним рядом, и я укладываюсь, чувствуя спиной его грудь, пока рука обнимает меня. Отчего-тот вспоминаю Гара, закрывая глаза. Может, этот ужас мне лишь приснился, и достаточно проснутся, чтобы всё встало на свои места? Но я прекрасно понимаю, что не сплю, и теперь намерена выяснить: чей это ребёнок.

Глава 30

Я сделала ещё несколько тестов, и они оказались положительными. Прочувствовав бурю эмоций, попыталась успокоить и набрала Гару.

- Влада? – был немного удивлён, - как раз о тебе вспоминал. Долго намерена тянуть процесс? Неужели ты не понимаешь: у тебя нет выбора! Просто прими этот факт, ты проиграла, и подпиши бумаги.

- Я беременна!

Буквально пара секунды тишины, и Преображенский продолжает.

- Ты бесплодна, разве тебе не ясно? За все эти годы так и не смогла ничего. Так почему решила, что теперь на что-то способна?

Сжимаю зубы, я выше того, чтобы переходить на личности. Жалею лишь о потраченном времени. И никто никогда не говорил мне о бесплодии.

- Я беременна! – повторяю с нажимом, а внутри клокочет ненависть.

- Этого не может быть! – говорит уже не так уверенно.

- Плевать, что ты там себе думаешь. Ты - мудак, Преображенский, подложивший свою жену какому-то мужику. Ты вообще представляешь, что наделал? – задыхаюсь от гнева. – Я беременна! – снова повторяю. – От тебя или того мужчины!

Он пытается переварить информацию, кажется, ему известно больше, чем мне.