- За настоящих мужчин, которых осталось так мало! – произнесла я, поднимая бокал, и в моих словах звучала искренность. Я завидовала Кате, но по-доброму, и хотела, чтобы эти двое были вместе. Смотрела, как она прижимается сильнее к его плечу, как пытается раствориться, а он будто томился ею. А что до меня? Кажется, я пыталась сделать себе больнее тем, что была этакой свахой. Но уже назвалась груздём…

- Надо найти Кристину, - снова вернул меня к проблемам Даня, и я скривилась. Он делал это не для того, чтобы меня позлить, он реально хотел помочь.

- Напомню, что к тебе приехала невеста, - кивнула на пустое место, где недавно сидела Катя, покинувшая нас из-за естественного позыва.

- Вообще не понимаю, что на неё нашло, - сокрушённо качал головой.

Зато я прекрасно понимала, но распространяться не была намерена.

- Так говоришь, будто не рад.

- Ладь, у всего должно быть своё время, - смотрит на меня, и кружится голова, будто не он пил, а я. – Не могу развлекаться, понимая, что в твоей жизни творится бардак.

- Ты не виноват, - качаю головой. – Сама дура.

- Но это не значит, что надо ставить крест! Только подумай, что он будет чувствовать себя победителем, а что останется у тебя? Ты никогда не работала! – напоминает.

- Думаешь, я ничего не умею в этой жизни?!

- Я этого не говорил!

- Нет, конечно, ты считаешь, что я ни на что не способна. Этакая мажорка!

- Ладно, - вдруг соглашается, - ладно, скажи, где ты сможешь работать?

- Да хоть где! – начинаю злиться. – Например, - перебираю в голове сферы, но сразу же отмечаю одну за другой. – Бьюти-консультантом, - наконец, выдавливаю из себя.

Катя возвращается к нам, усаживаясь на своё место.

- О чём разговор? – решает уточнить.

- Даня считает, что я ни на что не гожусь! – заявляю с апломбом, смотря на него.

- Ты ушла в дебри, Ладь, я лишь сказал, что ты можешь потерять всё, и тогда жизнь станет для тебя иной. Уж прости, но не вижу тебя за кассой или в парикмахерской. Поверь, куда проще иметь деньги, чем не иметь. К тому же они твои.

- Знаю и без тебя, - трясу ногой, раздумывая. – Если у тебя есть идеи - делись.

- В общем, я заплатил одному человеку, чтобы он тебе помог.

- Надеюсь, это киллер, - кривая усмешка застывает на моих губах. – Тогда проблемы сразу отпадают.

Но я не понимаю, почему он не сказал мне об этом? И снова плюсую в свой мысленный блокнот деньги, которые ему должна, подчёркивая и подписывая: дофига, потому что сумма будет только расти.

- Это частный детектив, и пока говорить не о чем, но он ищет твоего Руслана.

- Он не мой, - фыркаю.

Такой скрытный. Сначала три года молчал о Кате, теперь это.

- Почему говоришь только сейчас? – не понимаю.

- Не хочу, чтобы ты сдавалась! А так рассказывать и не о чем.

- За победу, - внезапно произносит Катя тост, первый за всё время, и я чувствую, как благодарна этим двоим, что сейчас не одна где-то в гостинице, а среди друзей.

- Спасибо, - смотрю на Даню, понимая, что без него силы бы уже кончились. – За друзей!

Глава 28

Уже третий день ночую на диване в общей комнате. Дане некуда было деваться, потому что кровать одна, не станем ведь мы спать на ней с Катей вдвоём? В конце концов пара тут они, а я лишь приживалка. Как предполагала, Гар обнародовал мои фотографии, что ж, зуб за зуб. Теперь пресса поносит моё имя, потому что Преображенский отмылся, доказал, что натурал, а я выставлена, как женщина с низкой социальной ответственностью, которой нет доверия.

Включала телефон пару раз, чтобы позвонить матери, даже она оттуда видела, как штормит наш город.

- Попрошу Игорька всё уладить, - снова слышу от не слова.

- Мам, - горько усмехаюсь, - разве можно быть такой идиоткой?

Пауза нередка между нами, но говорить в подобном тоне позволяю себе только сейчас.

- Ладно, извини, просто не в себе, - понимаю, что зарвалась. Она же просто хочет помочь, пусть и не видит очевидного.

- Ты изменилась, - слышу в голосе обиду и горечь.

- Да, мам. Я живу у друга вместе с его девушкой, у меня вообще нет денег, и мои голые фотки разлетелись по интернету. Если это не меняет человека, тогда что?

- Почему ты не дома?!

- А где мой дом, напомни? – искренне не понимаю.

- Ты знаешь, о каком доме речь.

- Не могу видеть этого урода, - признаюсь, она должна понять. Когда-то сбежала от отца.