- На Кубу?

- Почему сразу на Кубу, говорит, к бабушке.

- И где эта бабушка?

- Не знаю, там деревня какая-то.

- Завтра же звони своей беглянке, вместе поедем.

- Но я не могу! У отца юбилей!

Даня вздыхает, согласно кивая, и меняет сроки.

- Тогда после праздника.

Закусываю губу, понимая, что после приедет Катя, и, если я увезу Даню в неизвестном направлении, она рада не будет. Я даже не взяла её номер на случай форс-мажора, но говорить о нашей договорённости другу не намерена.

- Хорошо, - соглашаюсь, намереваясь придумать хоть что-то.

Даня отправляется решать вопрос с воротами, пока я убираю со стола, а потом мы ещё какое-то время сидим и болтаем. И я надеюсь, что сегодняшняя ночь будет спокойной, но ошибаюсь. Задумываюсь над тем, не стоит ли запереть дверь, но откидываю глупые мысли. Если я не могу доверять Дане, то жизнь не имеет смысла. Человеку нужен человек.

Просыпаюсь от того, что кто-то целует мою шею, и поначалу думаю, что сон слишком реальный, а потом с ужасом отталкиваю мужчину, хлопаю в ладоши, и свет зажигается.

Мой ночной кошмар оказывается явью, и я вижу перед собой Гара.

- Какого чёрта? – не могу поверить в то, что он сейчас здесь. Проматываю в голове события. Ну не могло же мне всё присниться? Это предательство, развод, раздел имущества, ненависть к мужу. Кажется, я схожу с ума, потому что ещё вчера он заблокировал мне карты и грозился расправой.

- Что ты с собой сделала? – тут же удивляется в ответ Гар. Он ошарашенно смотрит на меня, и я понимаю, что имеет ввиду причёску. Не так я хотела предстать перед ним, но что говорить. Отвечать не намерена.

- Какого чёрта, Гар?! – спрашиваю, и он будто вспомнает.

- Я так скучал, - шепчет с придыханием, снова принимаясь меня целовать, а я не могу сообразить, что за водевиль он тут устроил. Обоняние ощущает запах алкоголя, и я понимаю, что он пил. Женщины звонят бывшим после возлияний, а мужчины заваливаются прямо в кровать?

- Хватит! – резко останавливаю и отталкиваю, смотря на него зло. – Что ты здесь делаешь?!

Мне просто необходимы ответы. Бросаю взгляд на часы, начало третьего. И в памяти отчего-то всплывают слова охранника.

«Около двух часов ночи видео снова прерывается, но уже на полтора часа».

- Я пришёл к себе домой, - говорит с вызовом. – И ты всё ещё моя жена!

- С которой ты разводишься!

Хватает меня, прижимая к кровати.

- Я всё ещё имею на тебя право!

Рука свободна, и я влепляю пощечину, чувствуя омерзение от его прикосновений.

- Убери от меня свои руки! – шиплю зло.

Мы говорим громко, и я слышу по коридору шаги.

- Кто это? – Гар неторопливо поворачивается, и я понимаю, что он появился невовремя или же, наоборот, слишком вовремя. Когда Богдан остался у меня.

Даня стоит в двери испуганный, готовый меня защищать. Он без футболки и в трусах, и я скольжу взглядом по его груди, накачанному торсу и чёрным боксерам. Он почти голый, но, чёрт, как ещё должен выглядеть человек, вскочивший среди ночи?

- Оооо, - тянет Гар, выпячивая губу, - рыцарь печального образа в неглиже.

- Ты в порядке? – бросает мне друг, и я, поправляя пеньюар, киваю, уводя от его тела взгляд. Момент какой-то неловкий.

- Времени даром не теряешь, Влада? – обращается Преображенский уже ко мне. – Снова в нашем доме мужик.

- Пусть хоть один настоящий МУЖИК тут будет, - кривлюсь, понимая, что этим его задену. – И не мерзко тебе хотеть ту, что изменила? – решаю разыграть комедию.

Он фыркает, закатывая глаза, и ерошит волосы.

- Умеешь убить желание.

Ему не надоело притворяться?

- Я всё знаю, мудак, - не могу сдерживаться, но вижу, как качает головой Даня, призывая остановиться. Замолкаю с выражением отвращения на лице.

- Что ты знаешь? – говорит чуть заплетающимся языком, но складывается такое чувство, что переигрывает. Присматриваюсь. Наверное, теперь стану подозревать его во всём.