Я снимаю обувь и следую за боссом. В доме очень уютно: дизайн выполнен в тёплых тонах. Метами на стенах висят картины известных художников, и я отмечаю, что можно было бы подарить женщине какую-то картин, но я её ведь совсем не знаю, поэтому вряд ли угадала бы это предпочтение. Мы входим в зал, и я замираю на несколько секунд с застывшим изумлением на лице.

— Мама?! — спрашиваю я и сглатываю тугой ком, который в мгновение появляется в районе горла.

— Катя! Вот так неожиданная новость! Это ты, получается, невеста Томочкиного сына?! Очень интересно! Ну приятно познакомиться, зять! — улыбается она глядя на ЗБ, а мы с ним переглядываемся, ничего не понимая.

Садимся за стол, и пока мама объясняет, что они с Тамарой Олеговной старые подруги со школьной скамьи, к нам возвращается виновница торжества.

— Вот не подумала бы, что Катя твоя дочь! — улыбается она. — Вот же, Свет, и правда, говорят, что Земля круглая.

О маминой подруге я раньше лишь вскользь слышала и даже подумать не могла, что она окажется… Интересно, а нас с ЗБ в детстве ещё не окрестили женихом и невестой, как это любят делать родители?!

Разговоры идут о молодости мамы и Тамары Олеговны. И чёрт дёргает маму сказать:

— Вот родится внук или внучка, Тома, не заскучаешься!

Чёрт!

Меня прям пробирает до мозга костей от осознания того, что всё больше людей узнаёт правду о том, что я от ЗБ беременна. Впрочем, шила в мешке не утаишь… А он ухмыляется, словно получил счастливый билетик.

— Внук? Катенька, ты беременна? — спрашивает женщина.

Я опускаю голову и прикусываю губу. Киваю, не поднимая взгляда. Вот не хотела я об этом рассказывать…

— Господи! Это самый лучший подарок на день рождения, о котором только можно мечтать!

Все принимаются поздравлять, даже Наташа с мужем, которые уже присоединились к общему «веселью», а мне вот нерадостно как-то… Я бы хотела стать частью такой семьи, но не уверена, что готова… Смотришь на Наташу и сердце радуется, ведь между ней и мужем такие тёплые чувства искрят, а у нас с ЗБ лёд…

Когда в дом звонят, все смотрят на улицу, но машину не видно.

— Слава, открой, пожалуйста, — просит его мама.

И он уходит. Возвращается весь бледный. Желваки на лице играют, выдавая напряжение. Я не видела его таким разъярённым никогда раньше и теряюсь, не зная, что можно сказать. А следом за ЗБ входит мужчина лет шестидесяти с букетом цветов.

— Я вспомнил, что у нас дела! — говорит ЗБ. — Мне Катю надо на анализы завести. В общем, мы поедим.

Я не спорю с ним и поднимаюсь на ноги. Благодарю Тамару Олеговну за тёплый приём и ещё раз желаю ей всего самого лучше, прошу маму допоздна не задерживаться и позвонить Косте, чтобы отвёз домой, а сама иду следом за боссом.

— Слав, — догоняет нас на улице мужчина. — Нам давно пора поговорить по душам… Я совершил ошибку и уже сполна расплатился за неё. Я хочу вернуться к твоей маме, я люблю её, и она готова принять меня, но из-за тебя…

— Так возвращайся, если она готова терпеть рядом с собой предателя! — отвечает ЗБ, а в его взгляде появляется нескрываемая жгучая боль, у меня даже душу щемит.

Мы садимся в машину, и ЗБ моментально трогает свою ласточку с места. Отъехав метров на двести от дома, он сворачивает на обочину и останавливается.

— Это и был твой отчим? — спрашиваю я.

ЗБ кивает и несколько секунд смотрит на меня. Он резко разрывает расстояние, которое отдаляло наши губы и впивается в мои поцелуем. Требовательно терзая мои губы, он словно спускает всю боль и пытается найти утешение, а страсть начинает пылать внизу живота.

— Поехали ко мне?! — шепчет ЗБ то ли вопрос, то ли предложение.

— Да, — отвечаю ему, понимая, что могу впоследствии пожалеть об этом решении, но я ничего не могу поделать с желанием, которое теперь кипит в венах, гоняя кровь со скоростью света.

Я не успеваю разглядеть обстановку квартиры, потому что едва мы с ЗБ переступаем её порог, страсть захватывает с головой, и мы, как в прошлый раз, засыпаем от приятной усталости.

Когда я открываю утром глаза, то вижу босса, спящего как младенец. Я снова проснулась раньше, и в этот раз не планирую сбегать от него, желаю остаться и посмотреть, что будет дальше. Чтобы желание поворочаться отпустило, я закрываю глаза и расслабляюсь.

— Просыпайся, соня! — шепчет ЗБ, обжигая своим дыханием мочку уха, и я открываю глаза.

Видимо, так хорошо расслабилась, что даже уснула. Улыбаюсь, а когда его губы накрывают мои, отдаюсь ощущениям и понимаю, что никогда раньше мне не было настолько хорошо и спокойно. Пусть ЗБ и не твердит, как Руслан, о том, что крепко любит меня. Он и не любит, вообще, похоже… Едва думаю о том, что ЗБ ничего ко мне не испытывает, кроме влечения, напрягаюсь. Не хочу без любви. От внимания ЗБ явно не ускользает моё поведение, поэтому он отстраняется, перекатывается на свою сторону кровати и садится.

— Я не хочу принуждать тебя, Катя! Если всё, что произошло вчера, случилось из-за гормонов, я пойму!