— Потому что уже ничего не будет как раньше, — отвечаю я.

Говорить о беременности не хочу. Неважно всё это. Руслан ведь включит героя и скажет, что он будет только рад принять ребёнка, вот только потом всю жизнь будет ненавидеть и меня, и его… Нет. Так нельзя. Я не готова к таким больным отношениям, и я осознаю, что даже рада их окончанию.

— Ладно… Видимо, тебе ещё нужно время. У тебя его будет столько, сколько потребуется, — говорит Руслан, заводит машину и дальше едет молча, не произнося ни слова.

Я выхожу из машины Руслана, беру сумку из багажника, а он достаёт цветы с заднего сиденья, которые я намеренно планировала оставить в салоне, и протягивает мне. Я беру их, но решаю, что поставлю на кухне или выкину, потому что навевают они дурные мысли.

— Если ты передумаешь, то в любой момент можешь позвонить, и я приеду за тобой! — говорит Руслан, и я киваю.

Какой смысл пытаться вести с ним разговоры, если он не хочет слушать? Он делает вид, словно, вообще, не слышит меня… Совершенно. Гнёт свою политику и пытается показаться хорошим мальчиком, который простил очередную плохую девочку и подарил ей второй шанс.

Руслан наклоняется к моей щеке, чтобы поцеловать, но я уворачиваюсь от этого поцелуя, бегло благодарю его за то, что встретил и подвёз, и спешу к подъезду. Дрожащими пальцами достаю из сумочки ключи и открываю домофон.

Я размышляю о том, что могла бы создать для босса иллюзию восстановления наших с Русланом отношений, чтобы он перестал думать, что должен помирить нас. Раньше никто не знал, что мы с ним вместе, так и сейчас можно немного обмануть ради собственного блага.

Я поднимаюсь на нужный этаж, открываю дверь ключом и захожу в квартиру. Духота сразу же сковывает, словно длинная цепь, обёрнутая вокруг тела. Я пытаюсь поглубже втянуть себя в воздух, бросаю сумку с вещами у входной двери и иду на кухню. Там я оставляю цветы на столе и настежь открываю окно, наслаждаясь свежестью, которая пробирается в лёгкие и позволяет почувствовать себя снова живой.

По моим подсчётам сегодня у брата смена дневная, и он должен будет вернуться с работы скоро. Я думаю, успею ли приготовить ужин, но потом решаю, что слишком устала в дороге и истощилась морально, поэтому можно будет один раз заказать пиццу.

Я всё-таки ставлю цветы в вазу, понимая, что они совсем не виноваты в том, что вызывают такие неприятные чувства. Всё дело во мне, в Руслане, в нас с ним… Наливаю достаточно свежей воды, удивляясь сухости фильтра, где обычно вода стояла всегда, и иду в комнату. Сумку подумываю затащить сюда потом. Ложусь на кровати и прикрываю глаза.

Несколько минут я лежу полностью расслабленная и отрешённая, но потом понимаю, что должна записаться к своему гинекологу, и так как завтра как раз суббота, а у неё есть свободное местечко, решаю не откладывать визит в больницу на «потом».

Я решила рожать этого ребёнка, как бы там ни было, поэтому должна убедиться, что всё протекает нормально, а если будет нужно, пропить курс необходимых витаминов. На самом деле ещё много всего нужно было… Хоть я и готовилась к материнству, а всё равно боялась сделать что-то не так. Я решила, что пойду к врачу и после осмотра у неё уже буду думать, что делать дальше. А вдруг она скажет, что нет никакой беременности? Конечно, надежда умирает последней, всякое ведь случается. Командировка вполне себе могла вызвать гормональный сбой… Впрочем, я уже почти на девяносто девять процентов была уверена, что беременна. Не зря же дочка показалась мне во сне и дала знак, что она будет вот такая красавица… Причём она пришла не только ко мне, но и к своему отцу…

После визита к врачу поговорю с мамой… Кто-то ведь должен знать о моём нелепом залёте. Может, ей удастся посоветовать мне что-то дельное…

Я закрываю глаза, желая уснуть. Тут часовой пояс у нас другой — разница в четыре часа, поэтому дело уже близится к вечеру. А я, если честно, не хочу даже ужинать: глаза слипаются. Вот только заснуть так и не удаётся, потому что звонит телефон. Я поднимаю его и гляжу на экран.

Это брат.

— Кость, привет! Я долетела хорошо… Уже у тебя, — сразу же отчитываюсь я.

— Повышение у нас в кармане? — спрашивает он, а потом добавляет: — Привет, Каток!

— А то! Я уже как финансист работала. Всё нравится. Всё устраивает.

Говорить брату о своей беременности я пока не планировала, потому что ничего не ясно толком. Если решу уехать из города и спрятаться ото всех, то ему непременно расскажу.

— Ой как клёво! Я за тебя рад! Слушай, Кать, тут такое дело… Ты же квартиру хотела снимать?!

Я напрягаюсь и чуть приподнимаюсь, прислоняясь спиной к спинке кровати. Хотела. Вот только зарплаты ещё не было, да и состояние не то, чтобы ехать сейчас и искать.

— Планировала, да… — отвечаю я и тут же вспоминаю предложение Руслана снова перебраться к нему.